Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 38 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Ослеп, парализован, и скован такой ужасной болью, что был не в состоянии даже закричать.

— Господин! Вы живы? Целителя сюда! — раздавались голоса будто бы издалека.

«Я жив. Но впервые желаю умереть… Бездна, как же больно!» — думал Гордей Васильевич, едва чувствуя, как его пытаются поднять.

Он понимал, что это было не просто заклинание. Оно несло в себе проклятие, и невероятно сильное. Мессинг-старший не пожалел ресурсов, передав своим вассалам настолько мощный артефакт.

Впрочем, если хочешь убить главу рода Строговых, скупиться не стоит. И, похоже, у Мессинга это получится…

— Срочно в машину! Везите господина к Серебровым! Только Юрий сможет ему помочь! Быстрее! — раздался полный слёз, но решительный голос жены Гордея.

Он почувствовал мягкое прикосновение её пальцев к своей щеке, и на мгновение ему стало легче.

Тело Гордея Васильевича осторожно погрузили в автомобиль. Машина рванула с места в сопровождении готовых к бою броневиков.

Они мчались в сторону усадьбы Серебровых, и каждый в тех машинах понимал — если Гордей Васильевич умрёт, то Мессинги, даже ослабленные, получат шанс переломить ход войны.

Российская империя, пригород Новосибирска, тыловой лагерь армии Серебровых и Строговых

Машина, сопровождаемая броневиками, ворвалась на территорию нашего лагеря так стремительно, что часовые едва успели отпрыгнуть. Хорошо, что они заметили гербы Строговых и не открыли огонь. Да и связались с нами заранее.

Я уже ждал их у входа в лазарет — большую палатку, накрытую двойным слоем магической защиты. Сюда доставляли всех раненых для оказания первой помощи. Тех, кого нельзя было до конца вылечить в поле, затем отправляли к нам в усадьбу.

Дверцы внедорожника распахнулись, и гвардейцы осторожно вынесли почти безжизненное тело Строгова-старшего. Я видел по ауре, что он может скончаться в любой момент.

Его внесли в лазарет и уложили на койку. Артур встал рядом, не говоря ни слова. Он тяжело дышал, стиснув зубы и его обычно холодные глаза, блестели от слёз.

— Отец… — хрипло проговорил он, протягивая руку к Гордею Васильевичу.

— Не трогай! — крикнул я. — Проклятие может быть заразно.

Артур резко остановил руку и сжал её в кулак, прежде чем убрать.

— Ты сможешь помочь? — спросил он.

— Сделаю всё, что смогу, — коротко ответил я.

Не стал говорить, что проклятие невероятно сильное и проникло уже очень глубоко. Что затронуты не только большинство физических органов, но и глубинные слои ауры. И что спасти главу рода Строговых — затея из разряда невозможного.

— Мне нужно сосредоточиться, — сказал я.

Артур кивнул, ещё раз взглянул на бледное лицо отца и, резко развернувшись, вышел из лазарета.

Я остался один, если не считать санитаров, которые работали с ранеными в другом конце палатки. Глубоко вздохнув, я принялся за дело.

Детальный осмотр ни капли не улучшил прогноз. Внутри Гордея Васильевича бушевал чёрный, ледяной ураган. Проклятие стремительно пожирало и физическое тело, и ауру, распространяясь со скоростью лесного пожара.

Критическое повреждение нервной системы, пневмоторакс, одновременная тахикардия и экстрасистолия — ритм сердечных сокращений просто бешеный.

Мессинг не поскупился. Его вассалы использовали артефакт баснословной стоимости, призванный убить наверняка. Основной удар, судя по всему, приняла на себя защита Строгова-старшего, но остановить заложенное в нём проклятие уже не смогла.