Книга Лекарь из Пустоты. Книга 3, страница 122 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Что вы собираетесь делать, Юрий? — спросил полковник.

— Воевать, что же ещё. Или у вас есть другие варианты?

— К сожалению, нет. Я бы хотел помочь, но Служба не может запретить одному роду объявить войну другому, если есть повод. А он есть, даже если сфальсифицированный.

— Тогда простите, полковник, мне нужно отдать приказы, — я встал из-за стола.

— Подождите. Кое-что я всё-таки могу сделать. Выиграть вам немного времени.

— Что вы имеете в виду?

— Попытаться затянуть формальности, создать бюрократические проволочки с оформлением документов о наследовании и объявлением войны. За это время Станислав может остыть, и найдутся заинтересованные люди, которые будут отговаривать его от войны, — объяснил Воронцов.

Зная моего бывшего одногруппника — не думаю, что он откажется от идеи напасть. Но получить отсрочку — это то, что нужно. За это время мы сумеем найти ещё новобранцев и подготовиться к вторжению.

— Спасибо, полковник. Я ценю вашу поддержку.

— Не благодарите. Я делаю это не столько для вас, сколько для предотвращения кровопролития в городе. Готовьтесь, Юрий. Это будет настоящая война. С битвами гвардий, с нападениями на владения, с попытками уничтожить ваш бизнес и вашу репутацию окончательно. Вы к этому готовы?

— Готовы или нет, выбор у нас небольшой. Спасибо за предупреждение, — ответил я и сбросил звонок.

Несколько секунд сидел в тишине, оценивая масштаб надвигающейся бури. Затем набрал номер капитана гвардии:

— Демид Сергеевич, срочно поднять всю гвардию. Усилить охрану границ и привести людей в боевую готовность.

— Что стряслось, барон? — хриплым спросонья голосом спросил капитан.

— Война на пороге. Как только отдадите приказы, жду вас в усадьбе. Нам нужно собрать военный совет.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Мессингов

Александр Викторович стоял в той самой комнате в подземелье, где несколько дней назад встречался с Эдгаром. Тогда ему казалось, что скоро все его проблемы с Серебровыми будут окончательно решены.

Увы, но всё случилось иначе.

На столе перед графом лежало несколько мелких, тёмных осколков. Они не представляли никакой материальной ценности. Но их символическое значение — огромно.

Обломки того самого артефакта, что он передал Эдгару. Артефакта, который должен был стать источником проклятия, которое уничтожит Серебровых. Теперь они лежали здесь, холодные и безжизненные, как пепел после костра.

Слуга, принёсший коробку, сказал лишь, что её доставил курьер почтовой службы. Адреса отправителя нет, коробку бросили в ящик одного из почтовых отделений в городе. Ни имени, ни адреса отправителя нет.

Но догадаться, кто отправил эту посылку, несложно. Граф Мессинг не дурак. И к тому же, он видел интервью Сереброва, где он скромно рассказывал о том, как победил тёмного мага.

Кто ещё мог прислать ему эти обломки, как не тот, кто уничтожил и артефакт, и его хранителя?

«Серебров… Опять Серебров. Как он это делает?» — мысль жгла изнутри, как кислота.

Этот вопрос не давал Александру Викторовичу покоя уже несколько недель. Как этот выскочка, совсем недавно бывший никем, умудрялся раз за разом выходить сухим из воды? Ломать тщательно выстроенные планы? Уничтожать его людей?

Сначала — срыв подставной кражи на съезде, позор Леонида. Потом — разгром Караева. Потом — похищение Волковых из-под самого носа и этот чёртов суд. И теперь — гибель Эдгара.