Книга Лекарь из Пустоты. Книга 2, страница 86 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Потом опять начались танцы — но на сей раз играла бодрая современная музыка. Молодёжь отрывалась, и даже некоторые магистры присоединились к веселью. Я видел, как Маргарита Петровна, что вела практикум по травмам, задорно отплясывает рядом с Иваном. Мастер-алхимик пригласил на танец Алису.

Вдоволь натанцевавшись, я взял со стола стакан холодного сока и отошёл к окну, за которым уже сияли звёзды. Странно осознавать, что съезд заканчивается. Ещё сегодня днём здесь кипели страсти, интриги, подставы, а завтра все разъедутся по домам.

Жаль, что всё заканчивается. Но сколько ещё всего впереди! Суд с Караевым, развитие бизнеса, первые легальные пациенты, тренировки с Шёпотом и освоение новых граней Пустоты, да и просто — жизнь.

В зале приглушили свет, заиграла медленная песня. Пары закружились в танце.

Я глубоко вздохнул, вбирая в себя этот момент — музыку, свет и вкус победы на губах. Съезд заканчивается. Но моя история — только начинается. И это осознание наполняет душу таким вдохновением, перед которым меркли усталость и тревоги.

Впереди было всё. Абсолютно всё.

Российская империя, город Приморск

Некоторое время назад

Станислав Измайлов стоял в глубине зала. Его взгляд не отрывался от эпицентра всеобщего внимания, где в сиянии люстр и радостного гула находился он. Юрий Серебров.

Ничтожество из жалкого рода — и признанный самим патриархом целитель.

Никому не известный слабак — а теперь герой дня.

Нищий червь — которому только что вручили грант на кругленькую сумму.

Сереброва буквально осаждали со всех сторон. Его окружали достойные мужчины и красивые женщины, вокруг него сиял ореол славы и избранности.

А он, Станислав Измайлов, наследник древнего и богатого рода, стоял здесь, в тени, как загнанный пёс. Весь его «триумф» на этом съезде свелся к публичному позору с крысой.

Станислав так стиснул зубы, что заныли челюсти. В горле стоял ком ядовитой злобы. Каждая улыбка в адрес Сереброва, каждый одобрительный кивок в его сторону ощущались словно удар хлыста.

— Отвратительное зрелище, не правда ли? — тихий голос прозвучал сбоку, заставив Станислава вздрогнуть.

Он резко обернулся и встретился взглядом с Леонидом Мессингом.

— Здравствуй, — буркнул Станислав.

— Здравствуй, — эхом откликнулся тот.

Они, конечно, знали друг друга, ведь происходили из одного мира — мира высокого положения, больших денег, связей и сопутствующих всему этому условностей.

Станислав слышал, как Мессинг был опозорен сегодня на практикуме по зельям. И знал, что Серебров в этот момент находился рядом. А также до него доходили слухи о неких трудностях между родами Серебровых и Мессингов.

— Похоже, наш общий знакомый сегодня забрал все лавры, — заметил Леонид.

— Похоже на то. Я слышал, твой отец исцелил его, чуть ли не с того света вытащил. Это так? — спросил Станислав.

— Да. И теперь мне кажется, что он допустил ошибку. Земли Серебровых, конечно, нам пригодятся, но…

Мессинг не договорил и презрительно скривился, когда к Юрию подошёл очередной магистр, чтобы поздравить его.

— А ты ведь с ним учился, не так ли? — Леонид перевёл взгляд на него.

— Да. В Академии он был последним неудачником, а теперь вот… — Измайлов тоже не договорил.

— А теперь вот — триумф, рукопожатие патриарха, всеобщее обожание. Очень быстрый взлёт для человека, у которого ещё вчера не было ни гроша за душой и который должен был умереть, — договорил за него Мессинг.