Книга Изгой, страница 4 – Александр Майерс

Оглядываю здание больницы и понимаю, что это та же, в которой я лежал после аварии. Любопытно. В прошлый раз здесь началась моя жизнь в этом мире. Теперь — начинается новый этап.

Надеюсь, подобное не будет повторяться. Хотя бы слишком часто.

Подумав, догоняю идущего впереди Юрия и говорю:

— Дядя, есть вопрос.

Он на ходу метает в меня злобный взгляд и цедит:

— Отвали.

Не обращаю внимания и продолжаю:

— Я верно понимаю, что нам надо как можно дольше скрывать информацию о состоянии князя? И в дальнейшем делать вид, что всё в порядке?

— Ты глухой? Отвали от меня, бастард.

— Это в общих интересах, и я хочу помочь. Послушайте, у меня есть человек, который сможет справиться с информационной блокадой. Вплоть до блокировки неугодных нам материалов.

— У тебя есть человек? — усмехается Юрий. — Да ещё такой крутой? Ну-ну.

— Я отдаю приказ? — достаю из кармана телефон.

— Не лезь. Династия без тебя справится.

Юрий ускоряет шаг, отрываясь от меня. На ходу пожимаю плечами и всё же звоню Егору. Прошу его мониторить инфополе и сообщать, если появятся громкие материалы о князе.

Комната отдыха, в которую нас приводят, скорее напоминает номер дорогого отеля. Есть даже две отдельные спальни. Если бы не характерный больничный запах и стерильно белые стены, можно было бы попробовать расслабиться.

Здесь оказываются не все члены семьи. Максим не поехал, Евгения тоже куда-то пропала. Таким образом, остаются только Юрий с женой, Алексей, Виталий и мы с мамой.

Подхожу к буфету, беру бутылку с водой и отношу матери.

— Спасибо, сынок, — говорит она, садясь на диван.

Татьяна садится рядом с ней, обнимает за плечи и начинает что-то тихо говорить. Тайком скривившись, отхожу.

Жена Юрия проголосовала против нас. Но при этом у них с мамой вроде бы хорошие отношения. Они долго болтали тогда на закрытом ужине, да и сейчас не скажешь, что между ними есть какое-то напряжение.

Впрочем, я догадываюсь, почему Татьяна выступила против. Она просто поддержала решение мужа, даже если ей самой это не нравилось.

Не знаю, что у них за обстановка внутри семьи. Вполне возможно, что Юрий жестокий домашний тиран, и не соглашаться с ним — опасная затея.

А может, и нет. Как знать. Будь он тираном, у Татьяны вряд ли получилось бы так быстро успокоить его во время драки.

Алексей и Юрий не отрываются от телефонных разговоров, курсируя по комнате туда-сюда. Виталий наливает себе чай. Идеальный момент, чтобы перекинуться с ним парой не самых приятных слов.

Подхожу к нему и спрашиваю:

— Почему?

— Что? — дядя поворачивается ко мне.

— Почему вы проголосовали против?

Помедлив, он отвечает:

— Ради вашего же блага.

— Ну конечно, — я морщусь. — Вы хотели нам только добра. Ведь так здорово быть бесправными изгоями.

— Прибереги сарказм для кого-нибудь другого, — Виталий, хмурясь, поправляет очки. — Я говорю правду.

— Я был бы не прочь услышать подробности.

— А с чего ты взял, что должен их знать?

Блин. Я что-то перестаю понимать этого человека. С одной стороны, он уже не раз оказал мне помощь. С другой стороны — также не раз предал. Рассказал деду о моих намерениях вернуть долю в Династии, затем выступил против на семейном совете.

Что у него за мотивы? Не могу разгадать.

— Простите мою грубость, дядя, — твёрдо смотрю Виталию в глаза. — Но я хочу знать, почему вы так проголосовали. Мне казалось, что вы на нашей стороне.