Книга Мастер драгоценных артефактов 5, страница 28 – Александр Майерс, Олег Сапфир

— Того и скисли, дурак, — Клещ зло сплюнул в огонь. — Ты с нами недавно, не знаешь, что там за места. А мы вот знаем. Мы там рядышком стояли, когда ещё под Караваем ходили.

Имя бывшего атамана заставило многих поежиться. Каравай был мужиком неглупым и амбициозным. Они ведь тогда тоже облизывались на слабого, как им казалось, графа Шахтинского.

— И чем всё кончилось? — Бардак обвёл взглядом своих людей, словно призывая их в свидетели. — Я тебе скажу, чем. Весь наш хвалёный лесной союз развалился к хренам собачьим! Граф этот — бешеный. Одну банду он со своими людьми целиком в могилу уложил. Просто пришёл и порубил всех!

— Да, — мрачно кивнул здоровяк по кличке Бурун. — А Барс попробовал его имение штурмом взять. И где он теперь? Их там гвардейцы графа так порубили, что хоронить нечего было.

— А других, я слышал, жукам скормили.

— А ещё Шахтинский как-то на засаду напоролся и всех в одиночку перебил. А трупы над дорогой повесил! — другие тоже вспомнили слухи про страшного графа.

Шило недоверчиво скривился.

— Да ладно вам заливать. Прям-таки неубиваемый граф?

— Неубиваемый! — отрезал Клещ. — Или везучий как демон. Сколько людей на него ни прыгало — все сгинули. Вон, наша банда вообще развалилась, еле ноги унесли. И это всё было тогда, когда у Шахтинского толком и сил-то не было!

Мужики закивали, соглашаясь. Если Шахтинский устроил такую кровавую баню, будучи практически беззащитным, то что он может сделать сейчас?

Времени прошло прилично. Если граф тогда был опасен, то сейчас явно силёнок поднабрал. Сунуться к нему сейчас — это верная смерть. И никакой Мухомор со своими фокусами там не поможет. Шахтинский этого Мухомора в шахту загонит и заставит уголь рыть.

Снова повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров. Бандиты уже всё для себя решили. Никакие обещания гор золота не могли перевесить животный страх перед именем, которое стало синонимом мясорубки.

— Короче, братва, — сказал Бардак. — Замутим вот что. Идём к Мухомору, киваем, делаем вид, что мы в деле. Жрём халявные харчи, пока дают. Но как только отправят нас в сторону имения Шахтинского…

— Даём по тапкам? — с надеждой спросил Бурун.

— Именно. Тихо снимаемся и валим в противоположную сторону. Пусть Мухомор сам свою башку под графские артефакты подставляет, если ему жить надоело. А мы люди простые, нам наши шкуры дороги.

Возражений не последовало. Каждый из присутствующих понимал: лучше прослыть трусом и остаться без добычи, чем попытаться ограбить Шахтинского и остаться без головы.

* * *

Прошло три дня. Жизнь в имении вошла в свою привычную рабочую колею, и я с головой погрузился в рутину.

С самого утра сидел в мастерской и занимался калибровкой вентиляционных артефактов для нижних уровней шахты. Рудокопы уходили всё глубже, естественной тяги там уже не хватало, поэтому приходилось выкручиваться. Я скрупулёзно вырезал на небольших базальтовых дисках руны направленного воздушного потока, попутно вплетая фильтрующие контуры.

Работа требовала точности: дрогнет резак, и вместо лёгкого бриза артефакт устроит локальный ураган.

Попутно я прокручивал в голове отчёты Ильдара и ловил себя на мысли, что насчёт наёмников я, походу, крупно ошибался.

Изначально я готовился к проблемам. Ждал дебошей и жалоб на то, что им платят едой, а не звонкой монетой, ждал попыток качать права и меряться силой с моими гвардейцами.