Книга Эхо войны, страница 83 – Руслан Михайлов

— Ты же не веришь в эти сказки.

— Я не верю в то, что не проверено. Мною лично. Или тем, кому я доверяю.

— Меня ничто и никуда не зовет, — склонив голову набок, поведала Инга.

— Уже и так ясно. До Ямы всего ничего осталось. Значит, это все вранье про зов, про гипнотизм и про живущее в заброшенном карьере чудовище.

— Какое чудовище? Еще один Трубный Монстр?

— Старые слухи на новый лад, — отмахнулся я, мрачно буравя взглядом местность. — Плохо… Очень плохо.

— Ты про что?

— Ничего не вижу, — пояснил я, подтягивая колени и выбираясь на крышу кузова полностью. — Так не пойдет. А эти продолжают себе весело пилить дальше! Ильяс, чтоб тебя!

Мое беспокойство вызвано въездом в длиннющее рукотворное ущелье с пологими стенами высотой метров пятнадцать, может, выше. Если подать корпус вперед и смотреть, куда ставишь ноги, человек поднимется по ним без помощи рук. Машинам совсем не подняться, для них крутовато, по крайней мере в этой части прохода. Мы сейчас как крупные букашки в сточном желобе. Ползем вперед и ничего не видим. Где-то впереди — Яма. Позади — завод. Что по сторонам — не ведает никто.

— Надо притормозить, — с неохотой пришлось мне признать. — Я слезу и поднимусь повыше.

— А что это за холмы насыпные?

— Старики их называют отвалами, — пояснил я, легко вспоминая истории старшего поколения, рассказываемые у вечерних костров. — Отвалы пустой породы. Вывозились из карьера, сбрасывались в разных местах, и так десятилетиями. Золотоносную руду везли на дробление к заводу. Пустую породу выбрасывали поблизости, чтобы не гонять технику слишком далеко и не жечь соляру попусту. Вот тебе и ущелье получилось за годы.

— Вот тебе и камни, а то все гадала, откуда каменные стены среди песков, — кивнула Инга. — Я поднимусь с тобой. Бинокль у тебя есть?

— Без него обойдусь, — отмахнулся я. — Быстрее.

— Я мигом.

Слова и дела у снайпера не разнились. Сначала автобус, а затем грузовик замедлились до скорости шагающего человека. Я аккуратно спустился, мягко спрыгнул на песок, следом прибыла Инга, легко справившаяся без моей помощи, несмотря на висящую за спиной винтовку.

Из открывшихся задних дверей грузовика выскочили два бойца, на мой мало что смыслящий в этом деле взгляд, снаряженные по полной программе. Оружие держат наготове. В пулеметном гнезде появился Виктор, начавший возиться с чехлом на оружии. Что мне нравится в чужаках — они принимают решения быстро, а действуют не намного медленнее.

Задержавшись у грузовика, я покосился на гранаты, висящие на поясе одного из парней.

— А как их бросать? Дернул кольцо и бросил? Так ведь?

— А тебе к чему? — сурово рыкнул на меня широкоплечий сероглазый малый. — Удумал чего?

— Если тебя убьют, например, камнем размозжат голову, а я окажусь рядом, то возьму гранату и кину ее в твоего убийцу. Отомщу за тебя, может, спасу жизнь твоих друзей, — с охотой пояснил я, глядя на бойца простодушным взглядом. Говорил что думал. Если придется воспользоваться гранатой, надо знать, как это делать, а то подорвусь к чертям.

— Не-не, — поправил меня «убитый». — Давай так — когда тебя убьют камнем, я возьму гранату, зажму ее вот так в правой руке, я ведь правша, потом ухвачусь за…

Спустя минуту я узнал, как снарядить гранату к бою и как ее правильно метать, включая предостережение о крутых склонах, с коих снаряд может скатиться обратно к бросающему, к великой его «радости».