Книга ПереКРЕСТок одиночества 2, страница 38 – Руслан Михайлов

Усевшись в кресло, спокойно принялся ждать, отсчитывая про себя секунды. Я даю пять минут. Если за это время Михаил Данилович не явится — я отсюда уйду. Не я напросился на встречу — меня сюда пригласили.

Он пришел на исходе третьей минуты. Прошел через заднюю узкую дверь — деревянную, резную, снабженную начищенной до блеска ручкой в виде оскаленной медвежьей головы. Ручку наверняка притащил с собой один из бывших сидельцев. А вот дверь… вряд ли кто с дверью сюда явился. Ее сделали здесь. Резьба не проблема — таланты у сидельцев разные бывают. Но такой широкий кусок дерева — дверь выглядит цельной.

Встав навстречу старику, что, как я отметил автоматически, шагал легко и бесшумно. Осанка прямая, голова поднята, за исключением аккуратно подстриженных седых волос и морщин, в нем нет ни малейших признаков старости. Движется свободно, шагает широко, все зубы на месте — что видно по широкой открытой улыбке. И рукопожатие удивительно крепкое.

— Добрый день. Мое имя Михаил Данилович.

Сразу отметил границы дозволенного. Не предложил величать только по имени или только по батюшке.

— Здесь меня зовут Охотником — улыбнулся я в ответ.

— А до этого Гниловозом. Потому что на кресте трупы таскал. Верно?

— Все верно.

— Удивительно. Ты меняешь имена как хамелеон, мой юный друг. И каждый раз имена соответствуют ситуации. Там ты гниль таскал. Здесь на медведей охотиться начал.

— Почему нет — развел я руками.

— А настоящее имя?

— А что оно здесь дает? — спросил я — Моя настоящее имя. Вся наша прошлая жизнь здесь не играет ни малейшей роли. Я мог быть там известным политиком или спортсменом — но здесь я просто обычный узник получивший свободу.

— Получивший ее гораздо раньше срока. И оставшись при этом целым. Да еще и провернув целую авантюру — отметил собеседник.

— Не без этого. Крутиться в стреляющей карусели целых сорок лет, каждый день играя в русскую рулетку со Столпом… это не по мне.

— А мы вот откатали от звонка до звонка — хмыкнул Михаил и указал на кресло — Присаживайся. Выпьешь?

— Кофе, если есть — не дал я ему перечислить варианты.

— Конечно. С сахаром?

— Будет отлично. Кофе покрепче, сахара не больше чайной ложки.

— Алкоголь?

— Только с холода вернулся. Не стоит пока — отказался я — Но спасибо за предложение.

— Отлично.

Щелкнув кнопкой миниатюрной рации, Михаил Данилович распорядился:

— Двойное кофе в большом бокале. Чайную ложку сахара. Мне как всегда.

— Спасибо.

— Тебе спасибо. Ты появился удивительно вовремя, Охотник. Мы потеряли Антипия. Нашего старого матерого волка, что годами снабжал нас мясом. Прочие охотники ему и в подметки не годились, если говорить начистоту. Теперь все наши надежды возложены на тебя. Ты ведь не против?

— Наследство уже принял.

— Слышал об этом. И полностью согласен. Кесарю кесарево. Насчет мяса…

Я безмолвно приподнял брови.

— И дров — рука старика указала на небольшой камин, богато украшенный резьбой.

Я продолжил выжидающе молчать.

— Прошу тебя, не отдавай мясо Холлу. По крайней мере делай это не часто. Причину объяснять надо?

— А что тут объяснять? — дернул я плечом — Сам все видел. Вся туша пошла в котел. Несколько варок подряд. Ни кусочка мяса не было отложено на черный день. Холловцы живут одним днем и не думают о будущем. Да и нехорошо в их возрасте так обжираться мясом — желудки уже не те. Пища должна быть полегче.