Книга Абсолютная власть 5, страница 67 – Александр Майерс

г. Санкт-Петербург

Зал заседаний Совета Высших в Зимнем дворце был спроектирован так, чтобы подавлять. Низкие потолки, тяжёлые хрустальные люстры, длинный стол со столешницей из малахита, за которым восседали те, кто решал судьбы миллионов.

Мне выделили одинокий стул в центре зала, напротив председательствующего — древнего, как мамонт, князя Голицына. Слева и справа за столом сидели остальные члены Совета. Я видел знакомые лица: Щербатов, внимательно изучавший разложенные перед ним бумаги; Эристова, восседавшая чуть поодаль в своём кресле с высокой спинкой. Её ледяной взгляд обводил зал, словно оценивая обстановку перед атакой.

И, конечно, Островский. Он сидел почти напротив меня, откинувшись на спинку кресла, сложив руки перед собой. Его лицо было невозмутимо, но в глазах плескалось холодное удовольствие.

Началось с формальностей. Председатель Голицын, кашляя и поправляя пенсне, зачитал краткое введение:

— Барон Владимир Александрович Градов, временный командующий операцией под Тверью, приглашён для предоставления отчёта и консультаций по текущей кризисной ситуации.

Я встал. Моё сердце быстро билось от яростного нетерпения. Эти люди теряли драгоценные минуты, дни, недели.

— Ваши Высочества, — начал я. — Благодарю за возможность выступить. Я буду краток. Угроза, с которой мы столкнулись под Тверью — не локальный инцидент. Это системное вторжение сущности, известной как Мортакс, использующей человеческого проводника — бывшего наёмника Николая Зубарева. Их сила — в способности открывать разломы в любом месте, и контролировать монстров, превращая их в послушную армию. Тверь была лишь пробой сил. Тест нашей реакции.

Я положил на край стола принесённый с собой свёрток, развернул его. Там лежали несколько обгоревших, неестественно лёгких и твёрдых фрагментов хитина, обломок кости с признаками неестественного сращения, и небольшой, до сих пор слабо пульсирующий багровым светом кристалл, изъятый из тела убитого мутанта. Вещи, говорившие сами за себя.

— Это — враг. Он не признаёт границ, не ведёт переговоров, не нуждается в снабжении. Его цель — полное уничтожение и поглощение нашего мира. После Твери он отступил, чтобы зализать раны и собраться с силами. У нас есть, по самым оптимистичным оценкам, несколько недель, максимум месяц, до нового, более мощного удара. Причём удар этот может быть нанесён где угодно. Угроза уже не региональная. Она общеимперская. Мировая.

Я обвёл взглядом зал, встречая разные выражения лиц: скептицизм, страх, откровенную скуку.

— Нам требуется полная и немедленная мобилизация сил. Создание единого штаба с чрезвычайными полномочиями. Переброска войск к потенциальным точкам напряжения. Массовое производство специализированного вооружения, эффективного против этих тварей. Мобилизация всех магических академий и институтов на изучение природы разломов и способов их закрытия. И, что важнее всего, — я сделал паузу, — прекращение внутренних склок. Враг этим питается. Наш раздор — его союзник.

Зал наполнился неодобрительным гулом. Я затронул святое — их право на интриги.

Председатель Голицын постучал по столу бронзовым пресс-папье.

— Порядок, дамы и господа, порядок! Барон, ваши… рекомендации носят весьма радикальный характер. Речь идёт о переустройстве всей военной и экономической машины империи. У Совета есть вопросы.