Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2, страница 79 – Наталья Бутырская

— Поэтому я и прошу пойти туда. Девятый принц — мой благодетель. Разве не из-за его заступничества я получила почетное прозвание и щедрые дары от императора? Хотя бы из благодарности мы должны поддержать прием и сохранить его лицо перед знатью Линьцзина. Будет неудобно, если к сыну императора придут лишь чиновники низкого ранга.

Передо мной поставили глиняный горшок, наполненный густым пряным бульоном с бараниной, рядом положили блюдо со свежевыпеченными лепешками, которые так приятно макать в бульон, еще принесли сваренный на пару рис в листьях лотоса и огуречный салат с уксусом и кунжутным маслом, чтобы оттенить насыщенность баранины.

Отец ответил не сразу. Он взял лепешку, обмакнул в бульоне, медленно откусил, скорее всего, придумывал предлог для отказа. Проще всего было сказать, что скоро император будет выбирать нового наследника, и чиновникам сейчас нужно быть крайне осторожными в своих действиях. Но отец не мог. Он снова скрывал от меня правду, снова защищал свою маленькую девочку.

— Я попрошу императорского позволения посетить этот прием, — наконец сказал он. — Объясню, что дочь хочет выплатить долг благодарности. Обязательно надень платье из облачной парчи и украшения, подаренные императором, так ты напомнишь всем о своем почетном прозвании и благодаря кому оно получено. Ты сохранишь лицо девятого принца, но покажешь, что не входишь в число невест.

— Спасибо, — встрепенулась я.

— Незамужние девушки должны прийти на прием со своими душевными зверями. Им дадут возможность раскрыть их таланты. Постарайся держаться в стороне.

— Может, мне стоит сопроводить тетушку? — негромко предложил Ли Жуй.

Отец хмыкнул:

— Хочешь полюбоваться на танцы и песни благородных девиц? В приглашении указаны лишь чиновники и их незамужние дочери. Экзамен ты пока не сдавал, так в качестве кого ты собираешься идти?

Я хихикнула, и прежняя суровость ужина вмиг исчезла.

Две преграды уже пройдено, ведь мама не станет перечить отцу. Осталась только одна.

— Если господин Ли дал свое согласие, — задумчиво сказал Тан У, — я провожу юную госпожу до дворцовых ворот и постараюсь пробраться внутрь.

— Дурная затея, младший У, — возразил один из воинов девятого принца, что стоял неподалеку. — Во дворце охрана получше здешней будет. Будь хоть трижды невидимым, тебя отыщут и убьют. Даже не спросят, как звать. Еще и госпоже Ли хлопот доставишь, ей ведь потом объяснять, для чего ее воин полез в императорский дворец.

— Дунь и Жень пока не готовы.

Если бы эти девочки вдруг ухитрились бы научиться воинскому мастерству, я бы не взяла их с собой. Они же совершенные дикарки! Не обучены ни правильным речам, ни этикету, ни манерам. Быть служанкой при госпоже — не так легко, как кажется. Если служанка ошибется, позор упадет на ее госпожу.

Я подумала, что к девочкам надо будет приставить опытную служанку, и пока они не научатся себя вести, как Ши Хэ, не выпускать их из поместья.

— Никто чужой туда не проберется, младший У, — успокоил воин. — Юной госпоже Ли нужно опасаться только других господ и их дочек.

* * *

Время до приема пролетело быстро. Мы с Ши Хэ подобрали под платье прическу и узор хуадянь для лица. Я заглянула в свои записи и вспомнила, что вскоре станут рисовать хуадянь не только красками, но и выкладывать из крыльев стрекоз, цветочных лепестков, рыбьей чешуи и прочих интересных материалов. Раз уж на прием я шла вместе с Ми-Ми, то и узор надо сделать из ее шерсти и золотых нитей. Ши Хэ долго приклеивала шерстинки по одной на мой лоб чуть выше бровей, но мое терпение окупилось сто крат. Теплые медовые волоски мягко переливались на солнце золотом, сложившись в небольшой полуоткрытый бутон.