Книга Магия льда для экспертов, страница 34 – Нинель Мягкова

Из всей венценосной компании меньше всего мне понравился канцлер.

Его оказалось сложнее всего прочитать.

Даже магическим зрением все, что я смогла определить, — это направленность его дара (земля) и примерный уровень. Эмоции скрывались под настолько плотными щитами, что проковырять их можно было, лишь закопавшись в эфир с головой.

То есть выдать себя и загреметь по обвинению в покушении в застенки.

Зачем так тщательно маскироваться во время фактически семейных посиделок, непонятно. Скорее всего, господин Руденхаль делал это на автопилоте, по привычке. Что в свою очередь означало наличие немалого количества секретов и скелетов, как в шкафу, так и в ближайших садах и теплицах.

Либо опасался надзора засевших в тайниках целителей, тоже вариант. Еще более подозрительный.

Младшего Руденхаля, сына принцессы, сегодня за стол не позвали. Мал он еще, оценивать кандидаток для дяди. Из сплетен я знала, что мальчику то ли шесть, то ли семь, и дар его еще не определен со всей точностью. По идее должен быть воздух, но, учитывая сильный дар земли его отца, наверняка сказать можно будет только когда тот пробудится окончательно.

Тогда же станет ясно, может ли ребенок претендовать на трон.

Конечно, первоочередным наследником был и остается Айрендаль. Но в силу его шебутной натуры и периодического участия в облавах, безопасность ему обеспечивать сложно. Взять хотя бы недавнее покушение. Вряд ли по плану собирались избавиться от одной из претенденток. Ну не поставил бы принц девушку в качестве экспериментальной мишени. Значит, целились в него самого.

Интересно, узнал ли он, кто именно поучаствовал в поломке защиты? И будет ли уместно об этом спросить после ужина? Раз со мной собираются побеседовать только завтра — именно побеседовать, а не арестовать и допросить, то сомнений в мой адрес принц не испытывает.

Что довольно странно.

Именно я — новое лицо в его окружении. Логично было бы меня первую и заподозрить. Неужели рекомендация господина Эйсгема для его высочества настолько важна и весома?

Ближе к десерту претендентки немного освоились, привыкли к присутствию королевской четы и защебетали. Сначала между собой, а после, осмелев, и к принцу обратились. Он отвечал вежливо, развернуто, но никаких особых знаков внимания никому не оказывал. К счастью, мне тоже.

Меня он вообще будто не замечал, к моему большому облегчению. Не хватало еще, чтобы Айрендаль меня выделил среди остальных девушек. Мне и так слухов хватит, излишнее внимание службы безопасности и короля совершенно ни к чему. Я лучше издалека понаблюдаю.

Общение Айрендаля с сестрой натянутым я бы не назвала. Либо они отличные актеры (что, зная принца, я могу отмести сразу), либо между ними действительно мир и доброжелательность.

А вот со стороны канцлера я явственно ощущала натянутость и холод, невзирая на все щиты. Причем относился он так ко всем окружающим — безлично, сдержанно, формально. Даже к собственной супруге. Ни теплоты, ни заботы, ни каких-то нежных жестов, неизбежных в счастливом браке. Вроде там кусочек курочки любимой подложить или блюдо поближе передвинуть.

Ничегошеньки.

Как они вообще наследника родили с такими отношениями? Или там речь больше о долге, чем о чувствах? Но затюканной и несчастной принцесса вроде бы не выглядит.