Книга Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову, страница 19 – Любовь Песцова

— Никак нет, магистр Вейсс!!!

Я к общему хору не присоединилась. По простой причине — я не знала, что нужно отвечать. И кому.

Разумеется, по закону подлости, это заметили.

Мужчина подошёл ко мне, проорав прямо в лицо:

— Считаешь себя лучше других?!

— Нет.

— Плюс два круга за неуставное обращение! — рявкнул этот инквизитор. — Повторю вопрос: считаешь себя лучше других?

— Никак нет, магистр Вейсс.

Напрягшись, я всё же воспроизвела фамилию этого мучителя.

Господи, куда я попала? Верните меня обратно, пожалуйста!

— Тогда почему молчишь, когда остальные отвечают?

— Простите, магистр Вейсс, — ответила я, пытаясь «стоять по стойке смирно и не смотреть по сторонам».

— Ещё три круга сверху, — выдал он, а потом повернулся и прокричал уже не только мне, но и всем остальным: — Ну и чего стоите? Бегом!

Ну мы и побежали.

Зря. Нужно было остаться на месте. Да, этот магистр меня бы наверняка убил, но уже на середине круга я поняла, что лучше быстрая смерть, чем то, что меня ждёт.

Не то чтобы я совсем не занималась спортом в своём родном мире. Но явно не так интенсивно. Периодически заходить в спортзал и бежать так, словно убегаешь от маньяка по мокрому снегу — это немного разные вещи.

Я выдохлась быстро. Даже слишком. Настолько, что эго слегка пошатнулось.

Уже на половине круга лёгкие жгло, но я продолжила бежать. Правда, скорость была всё меньше и меньше.

— Тебя даже слизень в полнолуние обгонит! — слышала я иногда в свой адрес.

Ну, собственно, сравнительных метафор там было достаточно много. И про беспозвоночных, и про разные виды жаб, и про то, что грация у меня на уровне отродья Излома. Что бы это ни значило.

Разумеется, я не смогла пробежать не то что дополнительные круги, а даже те, которые изначально всем назначили.

Очень скоро я начала останавливаться, преодолевая какую-то часть пути пешком. По пути выслушивала очередные оскорбления от магистра. Ну и под их аккомпанемент снова начинала бежать. Правда, надолго меня не хватало.

В итоге, когда все уже закончили и благополучно разошлись, я всё ещё ковыляла по мокрому снегу, пытаясь не умереть от удушья.

— Отвратительно! Подготовка не нулевая. Она в минус уходит. Ты ведь на первом же выезде останешься кучкой мяса валяться.

О каком выезде он говорит? Чувствую, перспективы у меня здесь ещё более мрачные, чем мне представлялось.

— Отставить! — скомандовал мой мучитель. — Иди в общежитие. Вечером продолжишь. Я прослежу.

Мне было уже плевать, что там будет вечером. Главное, меня отпустили. И я могла убраться подальше от этого ненормального. И от этого плаца, на котором я растеряла половину собственного достоинства.

Почему меня муштруют как солдата? И что за выезды, на которых я могу умереть?

Кое-как доковыляв до общежития, я направилась прямиком в душевую. Правда, вдоволь поплескаться мне не грозило. Я задержалась дольше всех, а значит, и времени у меня было меньше. И тот факт, что в душевой уже почти никого не было, подсказывал: я опаздываю.

Быстро приняв душ, я скрутила мокрые волосы в тугой узел. Сушить их времени не было, тем более без фена. А так, может, и не сильно застужусь, особенно если шапкой всё закрыть.

Я почти забыла про новую знакомую, которая заходила ночью. Утренняя пытка как-то не способствовала тому, чтобы вспоминать менее травмирующие события. Тем более я даже имени её не узнала.