Книга Леди Бланш и мистер Грей, страница 24 – Арсений Либис

— Смотрите же! — воскликнул Тристан, высоко поднимая её руку. — Вот явное знамение дьявольского вмешательства!

Бланш попыталась выдернуть руку.

— Это ничего не доказывает. Я просто обожглась…

— Лжёте! — Тристан вынул свой серебряный амулет. На нём крупными буквами было выгравировано: «Отойди от меня, Сатана». Он поднёс амулет прямо к её обожжённой руке, чтобы все могли сравнить: — А теперь взгляните внимательно, добрые люди! Надпись на святом амулете и след на её руке совпадают слово в слово! Особенно ясно читается «САТАНА»!

По толпе прокатился испуганный ропот. Кто-то начал громко читать молитву, кто-то закрестился.

— Вяжите её! — приказал Тристан. — Отведите колдунью в ратушу. Пусть господин судья и достойные члены магистрата решат её участь!

Стражники грубо завернули Бланш руки за спину и крепко связали верёвкой. Она не сопротивлялась, глядя на Тристана с холодным презрением.

— Вы совершаете страшную ошибку, господин Виндфорд, — тихо произнесла она.

— Ошибку совершает тот, кто отвергает истинную веру и предаётся дьяволу, — жёстко ответил он. — Да поможет нам Господь очистить этот город от скверны.

Её повели через сад. Кто-то из толпы бросил гнилое яблоко, которое размазалось по плечу платья. Бланш шла с высоко поднятой головой, хотя каждый шаг отдавался болью в обожжённой руке.

Под утро, когда серый рассвет только начал пробиваться сквозь щели в потолке подвала, крышка люка скрипнула. Вниз спустился Финн, грязный, взъерошенный, с горящими глазами.

Гидеон и Робин мгновенно вскочили:

— Ну что?

Финн перевёл дыхание и выпалил одним духом:

— Леди Бланш схватили! Обвиняют в колдовстве! Тот богач, Виндфорд, ночью привёл стражу и целую толпу к её особняку. Говорит, что сам видел, как она превращается в белую кошку. Показывал всем ожог на её руке, якобы след дьявольского амулета. Её связали и увели в ратушу. Весь город на ушах. Люди говорят, что сегодня же начнётся суд…

Гидеон замер, словно получил удар в грудь.

— Бланш… — тихо повторил он. — Я чувствовал…

Робин фыркнула и скрестила руки на груди:

— Я же тебе говорила не ввязываться в это…

— В ней действительно было что-то… человеческое, — медленно проговорил Гидеон, глядя в пустоту. — Я чувствовал это. Когда она смотрела на меня… это был не просто кошачий взгляд.

Робин закатила глаза и издала короткий злой смешок:

— Боже правый, Гидеон Грей влюбился в оборотня. Это уже слишком даже для тебя, — она шагнула ближе, голос стал жёстче: — Но знаешь, что? Это нам на руку. Весь город сейчас смотрит только на эту ведьму. Про нас с тобой забыли. Мы можем спокойно выйти через восточные ворота и исчезнуть. Это наш шанс, Гай.

Гидеон покачал головой:

— Я не могу её оставить.

Робин замерла:

— Что?

— Я не могу бросить её в беде, — повторил он твёрдо. — Она ни в чём не виновата. Я не брошу её на растерзание Виндфордам.

Робин посмотрела на него так, будто видела впервые.

— Ты серьёзно? — прошептала она, а потом голос сорвался на крик: — Ты совсем рехнулся?! Из-за какой-то богатой колдуньи ты готов подставить и себя, и меня, и мальчишку?! Мы едва ноги унесли вчера, а ты хочешь лезть в ратушу?! Да пусть её повесят! Нам-то какое дело?!

Гидеон отвечал спокойно, хотя в глазах была боль:

— Я не могу, Робин. Не могу.