Книга Жертва, страница 8 – Глеб Лютаев

Артем хотел что-то сказать, наверное оспорить диагноз, который ему озвучили, но в горле пересохло. Он и не знал, что язык может так прочно прилипнуть к небу. Попытался прокашляться, чтобы голосовые связки наконец заработали, но даже это ему не помогло. Поэтому продолжал сидеть напротив доктора, понуро опустив голову.

Герман Борисович почтительно выжидал. Многолетний опыт научил его разумному поведению при оглашении подобных диагнозов.

Пару минут спустя Артем пришел в себя. Он с трудом унял дрожь в руках, тяжело сглотнул и после нескольких неудачных попыток заговорил тихо и сбивчиво:

— Что нам теперь делать?

Вполне повседневный вопрос, но теперь, когда речь шла о жизни и смерти любимого человека, он вовсе не казался таким уж обыденным. Судя по всему, у Кристины не что иное, как лейкоз, или, как еще называют эту болезнь, лейкемия. Артему было сложно упорядочить мысли, новость стала шоком. Доктор намеренно отправил Кристину с медсестрой. Хотел сначала рассказать все мужу, а уж потом поставить перед фактом девушку. Чтобы убедиться в диагнозе, Кристине предстояло сдать дополнительные анализы, но Герман Борисович уверял, что наметанный глаз не подведет.

— Действовать, – твердо ответил врач. – В таких случаях нет времени на раздумья, я предлагаю не затягивать с курсом химиотерапии и как можно скорее положить вашу жену к нам.

— К вам? Вы имеете в виду вашу больницу?

— Конечно, почему бы и нет? В нашем отделении мы можем предложить современные способы лечения. Пусть мы и находимся не в самом заметном городе страны.

Смущенный вид Артема заставил врача, на бейдже которого красовалась примечательная фамилия Шнейдер, дать некоторые пояснения.

— Я понимаю, о чем вы думаете. Внешне наш онкодиспансер выглядит невзрачно, но не судите книгу по обложке. В прошлом году Пензенская область вышла на пятое место по показателям заболеваемости злокачественными новообразованиями. Наш город пропустил вперед лишь Архангельскую, Брянскую, Сахалинскую область и Мордовию. В связи с этим из бюджета были выделены огромные деньги на новейшее иностранное оборудование, а наши гематологи и онкологи, в том числе и я, прошли стажировку у лучших врачей в Москве. Так что теперь нам нет необходимости направлять больных туда.

Артем слушал доктора и не мог поверить в то, что это происходит наяву, а не в каком-то кошмарном сне. Видя перед собой пухлого мужчину в идеально выбеленном халате, он воспринимал его речь как злой и совсем неуместный розыгрыш.

— Вы уверены в ее диагнозе? То есть… Я имею в виду, может там какая-то ошибка?

Доктор тяжело вздохнул и покачал головой. Он поднял со стола бумаги, принесенные Кристиной, и поправил очки.

— К сожалению, уверен. Конечно, сейчас она повторно сдаст кровь из вены, и мы проведем углубленный анализ, но я тридцать лет работаю в этой сфере. Я просмотрел амбулаторную карту вашей жены, выслушал жалобы. Вы ведь замечали, что в последнее время она часто болела простудными заболеваниями?

Артем не задумывался об этом, но, прокрутив в голове последние полгода, пришел к выводу, что это действительно так.

— Вы думаете, есть какая-то связь?

— Не всегда, но чаще всего. К тому же Кристина сказала, что пару месяцев назад переболела ангиной.

— Да, мы обращались в больницу. Ей назначили антибиотики, и они сделали свое дело, а ЭКГ не выявило каких-либо осложнений на сердце. Врачи сказали, что ей ничто не угрожает.