Книга Ведьма сладкой деревни, страница 83 – Марин Сэнгель

«Со мною рядом!» – радостно ответил принц и тут же рассказал ей все, что произошло. Затем он сказал: «Я люблю тебя, и ты дороже мне всего на свете. Пойдем со мной в замок моего отца: я возьму тебя в жены». Белоснежка влюбилась в него и отправилась с ним. И сыграли они свадьбу, поистине великолепную. Но на ту свадьбу была приглашена и ужасная королева, злая мачеха Белоснежки. Нарядившись в роскошное платье и повесив на шею дорогие украшения, она подошла к зеркалу, чтобы, как обычно, задать ему вопрос: «Зеркальце, милое зеркальце, скажи, кто прекрасней всех в нашем королевстве?» И зеркало ответило ей: «Государыня, здесь вы прекрасней всех, но новая королева в тысячу раз прекраснее вас!» С её губ слетело проклятье, и с тех пор страх не покидал её до конца ее дней.

Вечером мы быстро поднимаемся по лестнице. Мне нужно успеть сотворить мелки для друзей до того, как Тени придут с проверкой.

Времени на то, чтобы нарисовать полноценный ужин, нет – довольствуемся тем, что есть.

В тесной камере, где мы вчетвером едва помещаемся, я наспех рисую несколько белых мелков. Они мгновенно превращаются в настоящие, падая мне в руки.

— Держите, – шепчу я, протягивая их Грогу, Бэйби и Феникс. – Это ваши. А эти, – я указываю на оставшиеся, – для ваших соседей или для других детей, которым можно доверять. Объясните им, что с ними делать, договорились?

Феникс и Бэйби кивают, а затем исчезают с горстью волшебных мелков. Мне ненавистна мысль, что я решаю, кто будет спасен, а кто – обречен. Будь моя воля, раздала бы их всем, но пока моей маленькой хитрости лучше оставаться в тайне – пока я не продумаю, как вывести всех отсюда.

А до тех пор придётся чем-то жертвовать.

Моё сердце разрывается при мысли об этом, но я должна смириться.

— Встретимся у щели после обхода? – предлагаю я Грогу.

Переживаю, что он откажется, но на этот раз Грог не возвращает мне мелок, как прежде. Он кивает, а затем уходит.

Тишину разрезает вой сирены. Решетки всех камер захлопываются, и вскоре воцаряется гробовая тишина.

Появляются Тени, как обычно. Они подлетают по одной к каждой камере, волоча по полу чёрные плащи. Существо, проверяющее мой палец, ничем не отличается от своих сородичей. Оно холодное, опасное, как и все Тени. Коснувшись мелка, оно недовольно шипит и улетает вниз, к первому этажу. Через несколько минут Тень возвращается, когтистыми лапами сжимая поднос с едой. С Грогом происходит всё то же самое. И еще с десятком детей, сидящих в камерах на других этажах.

Как только Тени исчезают, я прячу мелок и замираю, выжидая. Подозреваю, что мои друзья тоже.

Мы ждем.

Крика.

Того, что покажет, кого заберут на этот раз – мальчика или девочку.

Но его нет.

Я уже было радуюсь, что сегодня никого не выбрали, но тут замечаю, как Тени ныряют вниз, сжимая кого-то в когтях. Должно быть, ребенок потерял сознание, когда понял, что его час настал. Разглядеть его лицо мне не удается из-за Теней, летящих рядом.

Удары сердца постепенно становятся тише. В недоумении я сажусь на кровать.

— Кто бы это ни был, он ушел достойно, – раздается голос Грога.

Его голос звучит почти восхищенно.

— Завтра узнаем, кого забрали.

— Ага. Завтра.

Загораются ночные лампы. Красный свет пропадает, уступая место пугающему полумраку. Слышу, как над нашими камерами шипят Тени. Представляю, как они скользят по стенам, следя за тем, чтобы все соблюдали гробовую тишину. Придвинувшись к отверстию между нашими камерами, я продолжаю разговор с соседом.