Книга Ведьма сладкой деревни, страница 78 – Марин Сэнгель

Надо спешить.

— Имя… Имя, которое я искала, – шепчу, прижимаясь к отверстию. – Я узнала его.

На мгновение он замолкает, а затем из-за стены доносится ругательство.

— Поговорим об этом позже, в Кормушке, – добавляю я, а затем ложусь на матрас.

Когда за решеткой моей камеры проплывают жуткие Тени, я притворяюсь спящей. Не поворачиваюсь, чтобы случайно не посмотреть им в глаза, которые сейчас, скорее всего, блестят серебром. И чтобы они не смогли увидеть, что мои губы растягиваются в довольной ухмылке.

Я нетерпеливо притопываю.

Грога всё ещё нет.

Мы с Бэйби ждём его, и к нашему месту встречи подходит Феникс. Перья у неё на голове растрепаны, маленькие глазки прикрыты в полудреме, острый носик вздернут. Выглядит она, как сонный цыпленок. Видно, ночь выдалась непростой.

— Привет, – бросает она.

— Все в порядке? – обеспокоенно спрашиваю я.

— Да. Просто… В дни проверки мне всегда снятся кошмары, – объясняет она. – Я уже привыкла.

Я совсем забыла, что проверка сегодня.

— Напомните мне про мелки, – шепчу я. – Дам вам перед отбоем.

Девчонки улыбаются и кивают. В этот момент позади меня раздается громкий зевок.

— Не только у Феникс помятый вид, – отмечает Бэйби с усмешкой.

Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с соседом. Грог выглядит уставшим – глубокие синяки под глазами скрывают его обычно живой взгляд. С учетом его внушительного роста он напоминает мне сонную панду.

— Кое-кто не давал мне спать, – скрипит он с явным намеком.

Все взгляды устремляются на меня.

— Я жду объяснений, – произносит Бэйби.

— Я тоже, – подхватывает парень.

— Не сейчас, – шепчу я, едва заметно кивая в сторону Теней.

Они понимают, о чём я. Все, кроме Феникс, которая спит на ходу. Нам приходится растолкать её, прежде чем направиться вниз по лестнице.

Дорога до Кормушки никогда не казалась такой долгой. Я не перестаю думать о своем недавнем открытии. Если мои догадки верны, Матушка раскрыла мне ведьмино имя. В её кабинете я провела больше времени, чем кто-либо, поэтому отлично знаю изящный, тонкий почерк. Наверное, она догадывалась, что однажды я покину приют. Если Фрида тоже поддалась чарам ведьмы, скорее всего, она была не единственной из Старших, кого постигла такая участь. И если Она знает имя Матушки, то и Матушке должно быть известно её имя. Должно быть, это единственный способ сбежать с Фабрики. Может, его нужно будет произнести перед красной дверью? Как я сделала, уходя из Литлвуда. Стоило мне сказать «Серафина», как ворота распахнулись, будто я разрушила мощное заклятье.

Довольная своей догадкой, я особо не смотрю по сторонам. Внезапно кто-то с силой толкает меня в бок, вырывая меня из мыслей. Боль острая – жестокое возвращение в реальность.

— Смотри под ноги! – вопит Крикун, проходя мимо быстрым шагом.

Он присоединяется к Вредине, сидящей за соседним столом. Та смеется, замечая моё ошарашенное выражение лица. Я даже не пытаюсь придумать ответ, решаю промолчать. У меня есть дела поважнее.

— Бланш, ты в порядке?

Я не могу сдержать улыбку, услышав голос Грога, выделяющийся среди общего шума.

— За меня не беспокойся. Идите за мной, все трое.

Мы усаживаемся подальше, в укромный уголок. По пути несколько детей здороваются с нами, и я молюсь, чтобы никому не пришла в голову идея присоединиться к нам.