Книга Ведьма сладкой деревни, страница 25 – Марин Сэнгель

Появляются очертания города. Прищурившись, я замечаю, что дома старые, построенные из дерева. Их украшают тысячи разноцветных огней. Я вижу магазины, чувствую приятные запахи и слышу оживленные разговоры. Вдалеке возвышается лес, расцвеченный теми же цветными фонарями. Я настолько зачарована увиденным, что с горящими глазами хватаюсь за решетку. Мое желание уйти отсюда, покинуть приют, только усиливается, когда до меня доносятся запахи и смех. Мне не удается увидеть людей, живущих снаружи, но мне достаточно и того, что я уже рассмотрела, чтобы заинтересоваться их миром.

Я любуюсь этой чудесной картиной еще несколько минут. И тут в конце улицы, на краю леса, появляется фигура в капюшоне. Она медленно приближается ко мне. Я не вижу ничего, кроме неё. Дыхание сбивается. Это тот самый человек, который разговаривал с Матушкой, в этом я не сомневаюсь. Когда темная фигура оказывается рядом, я отступаю, чтобы она не смогла до меня дотянуться. В полной тишине она поднимает голову. Хотя её волосы скрыты капюшоном, я замечаю несколько каштановых прядей, спадающих на лоб и прикрывающих голубые глаза. Её губы, полные, красные, как яблоко в карамели, растягиваются в улыбке. Незнакомка красива.

— Кто вы? – спрашиваю я какое-то время спустя.

— Я живу по ту сторону ворот, – произносит она мелодичным голосом. – Теперь моя очередь задать тебе вопрос, малышка. Кто ты?

— Я… Меня зовут Майя, – отвечаю я немного робко.

Правильно ли я делаю, что называю ей свое имя? Она ведь может рассказать Матушке, что мы виделись, когда снова встретит её.

Вопреки моим ожиданиям, женщина, кажется, не злится на меня.

— Майя, какое красивое имя! – восхищается она. – Была у меня одна знакомая Майя. Такая же красивая, как ты. Но скажи мне, малышка Майя… Что ты здесь делаешь? Я впервые вижу, чтобы кто-то, кроме Серафины, встречал меня тут.

— Серафина? – спрашиваю я удивленно.

— Вот я дура… Как вы её тут называете? Ах да, Матушка. Верно?

Это открытие ошарашивает меня. Я не знала имени Матушки. Никто в приюте не должен его знать.

— Вы с ней знакомы? – спрашиваю я.

— Я знаю Серафину, сколько себя помню, – произносит незнакомка с ностальгией в голосе. – У нас с ней есть кое-какие дела, поэтому мы часто видимся.

Её улыбка становится шире. Всё ещё в шоке от её признания, я решаю воспользоваться тем, что она здесь, и расспросить больше о внешнем мире.

— Что вы делаете за пределами приюта?

— Это скорее мне нужно спросить тебя, что ты делаешь в таком мрачном месте, – говорит женщина с сочувствующим выражением лица. – Я всё время повторяю Серафине, что ей надо вытащить вас оттуда. Дети должны видеть мир, гулять по улицам, заводить друзей…

— Там, по ту сторону, есть другие дети? – продолжаю я.

Я чувствую себя невероятно глупо.

— Все дети в Литлвуде родом из внешнего мира, малышка, – говорит женщина. – Я хочу освободить вас, но Серафина считает, что эти решетки защищают вас. От чего? Я не знаю, но я так хочу вам помочь…

— Я и сама хочу уйти, – шепчу я себе под нос.

— Ты хочешь покинуть это место? – спрашивает женщина с состраданием в голосе.

— Да. Это одно из моих заветных желаний.

Похоже, незнакомка понимает, что я чувствую.

— Я не могу заставить тебя покинуть приют, тем более без разрешения Серафины. Но я могла бы забрать тебя отсюда на одну ночь, чтобы показать мир снаружи.