Книга Гавани солнца, страница 211 – Марта Уэллс

Флора вылетела из окна, приземлилась рядом с Луном и оглядела его.

— Как ты?

Он вернулся в крылатую форму, и на чешуе бугрились шрамы от заживших ожогов.

Утес напрягся, но в рассеянности Лун не задумался о причинах.

— Все хорошо. Что ж… Жемчужина и Малахита нравятся друг другу.

— Это так жутко, – тихо призналась Флора. – Но и привлекательно… в некотором роде.

— Из-за них могла погибнуть половина двора, – пробурчал Утес.

Лун поискал взглядом Нефриту и увидел ее на крыше соседней башни, вместе с Шалфеем и Ясностью. Он нахмурился, гадая, почему она до сих пор не спустилась.

Затем рядом с ними внезапно приземлились Жемчужина и Малахита. Воины бросились врассыпную, а Калам врезался в Луна. Кетель быстро попятился, но Жемчужина сказала ему:

— Передай Отраде, чтобы забирала полусквернов и возвращалась в лагерь.

Кетель дернул подбородком в знак согласия.

— Я рассказываю ваши истории другим, – сообщил он Луну и Утесу.

Он повернулся, запрыгнул на перила балкона и исчез в кронах деревьев внизу.

Нефрита расправила крылья и соскользнула с башни. Аккуратно приземлившись, она бросила взгляд на Луна и доложила Жемчужине:

— С ними ветряной корабль.

Лун обернулся, а Утес с облегчением зашипел. Первая кишская лодка только что начала опускаться к причалу башни. Когда она переместилась, Лун увидел ветряной корабль с Золотых островов.

Калам бешено замахал руками, а Рорра хлопнула себя по голове и выругалась от радости.

— Наверное, они достигли Киш-Карада вскоре после того нашего ухода.

Как же радостно было видеть эти три развернутых веером паруса. На носу стояла Диара и подавала сигналы тем, кто находился в рулевой рубке. А у ограждения столпились Звон, Лоза, другие воины и команда. Лун тоже выдохнул с облегчением. Два воздушных судна двигались с идеальной синхронностью: ветряной корабль развернулся, чтобы поравняться с кишской лодкой, и тоже бросил якоря.

Звон и Лоза увидели их и закричали. Ежевика вылезла вперед и замахала Каламу в ответ. На палубе появился Ниран, поддерживая высокого жандерана…

Калам ахнул, узнав его на мгновение раньше, чем Лун. Это был Каллумкал.

Лун сменил обличье, сгреб Калама и взмыл в воздух. Приземлившись на палубу ветряного корабля, он понял, что за ним последовал десяток воинов Опаловой Ночи, окружив как птенца, впервые вставшего на крыло. «Мне это быстро надоест», – мрачно подумал Лун, ставя Калама на палубу.

Каллумкал плохо выглядел и всем весом опирался на Нирана. Но по сравнению с полумертвым телом, которое Лун забрал с хианской летающей лодки, прогресс был очевиден. Калам бросился к отцу, и Луна тут же окружила шумная толпа раксура и островитян.

Звон сжал его в объятиях.

— Мы думали, ты погиб, – хрипло сказал он, уткнувшись лицом Луну в шею.

Все считали своим долгом это сказать. Лун обнял Звона в ответ, наслаждаясь знакомым запахом. За плечом Звона он заметил радостно скачущих Ежевику и Толка, а также Корня с виноватым лицом.

— Все хорошо, – сказал он всем.

Звон отступил на шаг, держа Луна за руку.

— А с виду не скажешь. – Сумрак повернул Луна к себе и внимательно оглядел. – Мы правда думали, что ты погиб.

Лоза встала между ними, чтобы осмотреть ожоги на чешуе Луна.

— Что с тобой произошло? Болит?

— Лун! Прошу, поговори с моим отцом! – окликнул его Калам.