Книга Мастерская Междумирья, страница 10 – Алёна Орион

— Вау! — вдруг взвизгнула Алиса. — Это же… это же чистый хардкор-метал! Девки, вы слышали этот гроул? Да шведские металлисты продали бы почки за такой тембр!

— Это же живой драйв! — Марина подскочила на месте. — Грей, это не пение, это секс для ушей! Девочки, в строй! Работаем фоном!

И началось безумие. Эти четыре стихийных бедствия схватили дополнительные микрофоны и принялись выдавать такие трели и па, что картинка сложилась окончательно. Их нежные голоса вплетались в мой утробный рык, создавая эффект, будто ангелы пытаются приручить разъяренного цербера.

А потом случилось то, чего не было в сценарии. Мой костяной амулет на шее внезапно раскалился, впиваясь в кожу. Вокруг сетки микрофона заплясали фиолетовые искры. С каждым моим рыком облака в небе начинали закручиваться в воронку, а волны под сваями бара бились в такт, рассыпаясь фосфоресцирующей пеной.

— Эй, спецэффекты входят в стоимость? — крикнула Катя, пытаясь перекричать гул магии. — У нас сейчас веранда взлетит!

— Это… это побочка! — прохрипел я, чувствуя, как шерсть на загривке встает дыбом от статического электричества. — Подарок от бывшей!

— Да твоя бывшая — гений маркетинга! — восхитилась Света, пританцовывая так энергично, что искры магии липли к ее волосам. — Грей, ты не просто волк, ты — портал в рок-апокалипсис! ! Мы сделаем тебя королем этого острова!

Я рыкнул в ответ, и небо отозвалось настоящим громом. Искры от микрофона превратились в настоящий фейерверк, заливая веранду фиолетовым светом. Кажется, мы только что нажали на кнопку «Пуск», и останавливаться никто не собирался.

Слух о «поющем волке» разлетелся по архипелагу со скоростью тропического цунами. Каждый вечер в «Райской бухте» набивалось столько народу, что сваи жалобно поскрипывали. Туристы, суровые местные рыбаки и даже парочка русалок в экскурсионных аквариумах — все ломились послушать наш дикий ансамбль.

Моя «стая» — Алиса, Марина, Света и Катя — превратилась в полноценную рок-группу. Я был фронтменом-рыкуном, они — вокально-танцевальным спецназом. Мы ловили кураж, магия амулета искрила на кончиках пальцев, а выручка Розы заставляла её глаза светиться ярче, чем маяк в шторм.

Но самое странное происходило внутри меня. Я ловил себя на том, что по-настоящему привязываюсь к Кате. Пока остальные девчонки зажигали, она смотрела на меня не как на забавный аттракцион, а как на… мужчину? Или на кумира, который лишился сцены и лоска, но сохранил внутреннюю силу. Когда мы исполняли лирический блок — я тогда рычал шепотом, почти мурлыкал в микрофон, — она подходила совсем близко. Её плечо касалось моей шерсти, и по моей шкуре пробегал разряд круче любого проклятия.

— Знаешь, Грей, — тихо сказала она после одного из сетов, когда мы стояли у кромки веранды. — Ты ведь не просто орешь. Ты вкладываешь в это столько боли и силы… Я чувствую каждое слово, даже если это просто рык.

— Это просто дефект связок, Кать, — буркнул я, старательно изучая свои когти.

— Нет, это голос сердца. Не каждому человеку дано чувствовать музыку так, как чувствуешь ты.

Я замер. В столице меня хвалили за технику и диапазон. Здесь меня впервые похвалили за душу. В облике зверя я парадоксально стал больше человеком, чем когда-либо.