Книга Искатель, 2011 № 05, страница 72 – Александр Юдин, Андрей Ивахненко, Журнал «Искатель», и др.

— В нашем случае — да. Вот скажите, вы с интересом слушали рассказы Виктории о ее встречах с Джоевым? Увлеченно?

— Да. Но я никогда не стала бы ничего выпытывать и вынюхивать.

— А вам и не нужно было: Белецкая сама все рассказывала.

— Я повторяю: я никогда не завела бы с ней разговор на эту тему, обойди ее Вика молчанием.

— Охотно верю. Только мы с вами ведем разговор не о моральных качествах отдельной личности, а о природе человека вообще. А ему, всем известно, свойственно ошибаться. И ошибается он, как правило, лишь по двум причинам: это либо недостаток информации, либо добрая порция дезы. Так вот, чтобы не обжигаться второй раз на одном и том же, человек и стремится знать как можно больше.

— Но...

— Простите, Наталья Николаевна, этот разговор может отнять у нас много времени, коли мы и дальше продолжим развивать мысль. Если пожелаете вернуться к диалогу — мой телефон у вас есть. А мне, к сожалению, уже пора. Работа, пардон, не ждет...

На улице я достал телефон, набрал номер. Ответили сразу. Назвав себя, я поздоровался и спросил:

— Не могли бы мы увидеться прямо сейчас, Станислав Гордеевич? Нам с вами есть о чем поговорить.

— Сейчас не могу, к сожалению, — прогудела трубка хорошо поставленным голосом. — Будет вам удобно часа, скажем, через полтора-два?

— Вполне.

— Я буду у себя, — и Крушинский отключился.

Я забрался за руль и двинул «старушку» в другой конец города, к своему старинному и очень хорошему товарищу, с которым не виделся уже полгода.

...Встреча была без бурных изъявлений чувств, но достаточно теплой. Виктор, так звали моего приятеля, находился в той степени опьянения, когда вроде бы и можно добавить еще, но лучше все-таки пропустить, а пуще того — остановиться вовсе.

В комнате на журнальном столике стояли остатки собранной на скорую руку закуски и водочная бутылка, наполненная на одну треть. Вторая бутылка, полностью пустая, опрокинутой валялась под столом.

— Сосед заходил, — объяснил мне Виктор. — Минут пять назад я его обратно отправил, потому что не мог он больше.

— Пить? — уточнил я, устраиваясь в кресле.

— Да нет. — Виктор усмехнулся. — Говорить больше не мог, мычал только. Пришлось дружка на плечо — и к супруге его со всеми извинениями... Давай-ка, Ванек, с тобой за встречу.

— За рулем, Вить, — извинился я. — Когда вернулся-то?

— Позавчера. Вчера всю нашу бумажную братию обходил, ну, а сегодня первый день в отпуске.

— Отвоевался, стало быть.

Он пожал плечами:

— Да как тебе сказать... Немного погодя снова поеду.

— Неужели не надоело? — удивился я. — Эта командировка какая уже по счету?

— Четвертая, — Виктор сделал паузу. — Привык я там, Ваня, скучно мне здесь. Обстановка не та: спокойно слишком. Один-два раза в месяц съездить на захват — разве это дело! Я теперь, если долго не стреляют, нервничать начинаю, какого-то подвоха жду, неизвестно откуда. В общем...

Он махнул рукой, потянулся к бутылке, наполнил стакан наполовину. Подождав, пока он выпьет, я спросил:

— Обратно вы летели одни? Я имею в виду, только ли отряд находился на борту?

— Почему только отряд? Экипаж там еще был, — с тяжелым выдохом ответил Виктор, стряхивая с лица отвратительную гримасу.

— Естественно был, как же без него-то! Ну а левых брали на борт?

Виктор мгновенно перестал морщиться, удивленно на меня посмотрел. Секунду спустя он, видимо, поразмыслил над чем-то, и выражение удивления на лице уступило место хитрой усмешке: