Книга Инженер. Система против монстров 10, страница 38 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Угловая скорость?

— Считай, — я набросал целевые параметры на боковой панели. — Ориентируйся на максимальную скорость хода двадцать-двадцать пять километров в час по ровной поверхности. По пересечённой меньше, но я хочу, чтобы оно могло карабкаться по руинам, не теряя боеспособности.

Прометей на несколько секунд ушёл в расчёты.

— При условии массы платформы от шестнадцати до двадцати тонн и целевой скорости двадцать-двадцать пять километров в час, каждый тазобедренный сустав должен развивать момент не менее семидесяти килоньютон-метров. Угловая скорость выходного вала редуктора около сорока пяти оборотов в минуту. Это достижимо с циклоидальными редукторами повышенной нагрузочной способности. Мощность двигателя на каждый тазобедренный сустав порядка двухсот пятидесяти киловатт.

Я присвистнул.

— Двести пятьдесят киловатт на один сустав в пике. Но это именно пик, момент отталкивания при максимальном ускорении. При равномерном марше средняя нагрузка на тазобедренный сустав будет процентов тридцать пять-сорок от пиковой. Скажем, девяносто-сто киловатт. Умножаем на восемь, получаем порядка семисот-восьмисот киловатт только на тазобедренные. Плюс колени, плюс голени, плюс вооружение, плюс электроника. Нам нужен очень мощный источник энергии.

— Вы располагаете чертежами дизельного двигателя КамАЗ-740, — немедленно предложил Прометей. — А также чертежами вертолётного двигателя Ка-32. Второй обладает высокой удельной мощностью, но требует серьёзной адаптации под наземное применение.

— Знаю, — я потёр подбородок. — Но вертолётный движок слишком капризный для полевых условий. Пыль, грязь, перегрев… Нет, пойдём другим путём.

Я открыл чертёж двигателя КамАЗ-740 и начал вносить изменения прямо поверх оригинальной схемы.

— Беру четыре движка. Не стоковые, а умеренно форсированные. Увеличиваю давление наддува, ставлю усиленные турбины, кованые поршни, перепрошиваю блок управления. Каждый будет выдавать не двести двадцать киловатт, а порядка трёхсот. Рост на треть для дизеля V8 это ещё в пределах разумного, без критической потери ресурса. Суммарная мощность тысяча двести киловатт. Это покроет маршевый режим с запасом. Для пиковых нагрузок, рывков, преодоления препятствий, выстрелов ставим суперконденсаторный буфер. Энергия изымается из накопителей, а двигатели продолжают работать в оптимальном режиме, без перегрузки. Именно поэтому я и выбрал дизель, а не вертолётную турбину. Он переваривает умеренную форсировку без капризов.

— Схема жизнеспособна, — согласился Прометей. — Четыре генератора также дают резервирование. При выходе одного из строя платформа сохраняет до семидесяти пяти процентов мощности. Однако тепловыделение четырёх дизелей потребует развитой системы охлаждения. И ресурс будет ниже паспортного.

— Переживём. В бою ресурс — понятие относительное. Главное, чтобы до конца сражения дожил.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Дизельный двигатель «КамАЗ-740Ф» (форсированный)

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Я начал компоновать силовой отсек. Четыре V-образные восьмёрки заняли почти весь объём центрального корпуса. Пришлось компоновать попарно, в тандем. Длина платформы выросла до четырёх с половиной метров, ширина до трёх, высота корпуса до двух. Суперконденсаторы разместились в бронированных боковых отсеках, между узлами крепления ног. Топливный бак в корме, разделённый на изолированные секции. Боекомплект в носовой части, отделённый от моторного отсека противопожарной переборкой.