Книга Инженер. Система против монстров 8, страница 23 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

* * *

…Холодный свет луны заливал заброшенное кладбище на окраине Красногорска. Арчи нервно переступал с лапы на лапу, косясь на ряды деревянных крестов и ржавых металлических оградок. Ветер шевелил выцветшие пластиковые венки, и от этого казалось, что мертвецы машут ему из-за заборов. Тишина была почти абсолютной, её нарушало лишь это шуршание и редкий скрип старого металла.

Леонид достал из инвентаря сапёрную лопатку и чёрный, как сама ночь, кристалл. От артефакта исходил такой мороз, что даже сквозь перчатку пальцы начало ломить.

— И угораздило же, — пробурчал он, оглядываясь. — Центр кладбища. Где тут у них центр?

Он прошёлся между могилами. Вот свежая, с горой засохших цветов, которые разметал ветер. Вот старая, заросшая бурьяном, с едва различимой фотографией на эмалированном овале. Атмосфера давила. Леонид был военным, а не мистиком, но даже его пробирало до костей от ауры этого места.

Выбрав пятачок посвободнее, между двумя могилами, он принялся за работу. Копать было тяжело. Земля промёрзла, лопатка со скрежетом вгрызалась в неё. Наконец, он вырыл неглубокую ямку, сантиметров тридцать. Достал кристалл. Тот в его руке завибрировал сильнее. Леонид брезгливо бросил его в яму и быстро засыпал землёй, утрамбовав ботинком.

Ничего не произошло.

— И это всё? — пробормотал он, оглядываясь. — Пшик?

Но не успел он закончить фразу, как земля под его ногами дрогнула. Сначала слабо, будто где-то далеко проехал тяжёлый поезд. Затем толчок повторился, сильнее. Послышался низкий, утробный гул, идущий из-под земли. Арчи испуганно рокотнул и захлопал крыльями.

— Спокойно, мальчик! — крикнул Леонид, но сам уже бежал к нему.

Могильные холмики начали вспучиваться. Послышался треск ломаемых корней, застонали ржавые оградки. Деревянные кресты начали крениться и падать.

Леонид одним прыжком взлетел в седло.

— Арчи, валим! — заорал он.

Крикун, не дожидаясь второго приказа, мощно оттолкнулся от земли и взмыл в ночное небо. И вовремя.

С высоты Леонид увидел, как кладбище оживает. Но не так, как показывают в кино, где из могил лезут руки. Нет. Сама земля восставала. Ограды лопались, памятники крошились. Почва вспучивалась гигантским бугром. Стволы деревьев, обломки надгробий, куски ржавого железа, тонны глины и земли — всё это начало подниматься, спрессовываться, стягиваться к центру, туда, где он закопал кристалл. Словно невидимый гигантский магнит притягивал к себе материю.

Из земли вырастала фигура. Сначала бесформенная, но с каждой секундой она обретала всё более чёткие очертания. Гигантская рука, состоящая из могильной земли, смешанной с костями и обломками гробов, ударила по земле, утрамбовывая себе опору. Голова, бесформенная глыба с двумя горящими провалами глаз, поднялась над окрестными строениями, глядя в сторону Волоколамского шоссе.

Кладбищенский Голем выпрямился во весь пятнадцатиметровый рост. Громоздкое туловище. Две руки, свисающие почти до земли. Массивные ноги. Этот монстр был соткан из самой смерти и забвения. И он был огромен. С высоты птичьего полёта он казался горой, решившей прогуляться.

Леониду тогда стало жутко. Он понял, что разбудил нечто такое, с чем самому Зултакару справиться было бы непросто. «Конец котёнку», — подумал он про Иванова.