Книга Инженер. Система против монстров 5, страница 96 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Вера разложила на стерильной салфетке блестящие инструменты: зажимы, скальпели, пинцеты, иглодержатель. Всё это выглядело донельзя сюрреалистично в тусклом свете «Фонарщика», среди пачек с сухариками и бутылок с лимонадом.

— Олеся, давай своего пациента, — сказал я, делая свет поярче.

Девочка сосредоточилась, и прямо посреди нашего убежища, на полу рядом с ней материализовалась туша Костогрыза. Зрелище выглядело удручающим. Огромный зверь лежал на боку, тяжело дыша. Его жёсткая шерсть была спутана и испачкана в грязи, а обе передние лапы неестественно вывернуты в суставах, распухших и кровоточащих. При виде нас он зарычал, но рык получился слабым, полным боли и страха. Олеся сразу же успокоила его, так что звук перешёл в обычный скулёж.

Мики, до этого дремавший у ног хозяйки, мгновенно отреагировал. Он зашипел, как змея, обнажив мелкие, но острые зубки. Шерсть на загривке встала дыбом, а полосатый хвост нервно задёргался. Он запрыгнул на верхний стеллаж и оттуда, из безопасного укрытия, продолжал шипеть на нового члена зверинца. Костогрыз, которого теперь звали Клык, даже не посмотрел в его сторону. Вся его энергия уходила на то, чтобы справиться с болью.

— Так, посмотрим, что у нас тут, — Олег Петрович присел на корточки рядом с псом. — Пули застряли в суставных сумках. Классика. Локтевой и плечевой. Повезло, что кости не раздробило. Женя, у тебя очень меткий глаз.

Стрелок смутился. Ему совершенно не нравилась собственная причастность к страданиям животного.

— Нужно вводить наркоз. Иначе он нас всех тут покусает, — продолжил врач, доставая шприц и ампулу. — Вера, держи лапу. Заднюю. Нужно попасть в вену. Олеся, сделай тот трюк, как с котом. Успокой его, как следует.

Олеся прикусила губу и положила руку на голову Костогрызу. Тот сразу же притих и опустил морду.

Медсестра опустилась на колени и осторожно взяла заднюю лапу Клыка. Тот глухо зарычал, но сопротивляться не стал. Олег Петрович ловко ввёл иглу. Мутант дёрнулся, но почти сразу его тело обмякло, рычание перешло в тихое сопение, а затем и вовсе стихло. Глаза закрылись.

— Верочка, избавьте пациента от лишней шерсти, — скомандовал военврач.

Медсестра приступила к бритью. Вскоре обе лапы лишились волосяного покрова, затем девушка обработала их антисептиком с йодом.

— Готов, — констатировала она.

— Переложите пациента на стол, — скомандовал хирург. — Аккуратно.

Мы с Женей, стараясь действовать как можно нежнее, подняли огромное тело и уложили его на ящики. Олеся тут же подошла и начала гладить его по голове. Её лицо стало невероятно серьёзным.

— Так, Вера, зажим Кохера, пинцет, — командовал Петрович. — Сначала правая лапа. Расширяем раневой канал.

Скальпель в его руке двигался быстро и точно. Он сделал аккуратный разрез, расширяя пулевое отверстие. Кровь выступила сильнее, но Вера тут же промокнула её стерильной салфеткой.

— Глубже, чем я думал, — пробормотал врач, заглядывая в рану. — Пуля прошла через мышцу и застряла в хрящевой ткани. Пинцетом не достать. Давай-ка мне зажим.

Он ввёл тонкие, длинные бранши инструмента вглубь раны, осторожно нащупывая инородное тело.

— Есть. Зацепил.

Медленным, выверенным движением он начал извлекать пулю. Раздался неприятный хрустящий звук. Наконец, на свет показался расплющенный кусок свинца, залитый кровью. Врач бросил его в подставленный Верой металлический лоток. Дзынь.