Книга Магазин волшебных питомцев 1, страница 100 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

А потом я прилёг на диван… и просто провалился.

* * *

— Р-р-рота, подъём!!!

Команда обрушилась на меня прямо сквозь сон. Я подскочил так, что чуть не скатился с дивана. На спинке восседал Архимед.

— Подъём! Зар-р-рядка!

— Уймись, контуженый, — просипел я.

Попугай возмущённо квакнул, перепорхнул на стеллаж и распушил хохолок. Я нащупал на столике телефон, ткнул в экран и непонимающе уставился на цифры.

07:16. Суббота. Утро следующего дня!

Я проспал почти шестнадцать часов. Организм, не спросив разрешения, ушёл на перезагрузку.

Сел, прислушался к себе. Бедро ныло, но терпимо — тянущая боль заживающей раны, не острая. А вот левая рука… Я поднял её к глазам, согнул-разогнул пальцы. Кожа всё ещё розоватая, но это уже не та обмороженная плеть, что была вчера. Чувствительность вернулась почти полностью. Огненный корень и реген четвёртого уровня сотворили маленькое чудо.

— Ну хоть на человека похож, — пробормотал я.

С пола донеслось требовательное «мяу». Коша сидел у дивана, задрав мордочку, и колотил хвостом-жалом по линолеуму. Завтрак.

Я кое-как привёл себя в порядок. Умылся над раковиной в захламлённом санузле, почистил зубы, сменил пропотевшую футболку. Покормил зверинец.

Покончив с делами насущными, вспомнил о главном утреннем ритуале.

— Ну что, поехали, — я хрустнул шеей. — Призвать!

Посреди подсобки вспыхнул белый свет. Привычная вспышка материализации. Коша мгновенно подобрался, прижался к полу, готовый то ли драпать, то ли атаковать.

Свет погас. На линолеуме… сидел хомяк.

Огромный. Размером с хорошего бобра. Килограммов восемь живого веса, не меньше. Рыжая, чуть рыжее Коши, плотная шерсть, круглые бока, крохотные ушки и здоровенные защёчные мешки. Чёрные глазки-бусины. Зверь сидел столбиком, опираясь на задние лапы, и флегматично шевелил носом, изучая новую обстановку.

Я выдохнул через нос. Новый боевой питомец, да, Система? Ну-ну.

Коша уставился на хомяка с неприкрытым гастрономическим интересом. Уши торчком, зрачки во весь глаз. Двухмесячный хищник решил покуситься на здоровенного грызуна.

— Даже не думай, — бросил я ему.

Коша сел, но взгляд от хомяка не отвёл.

Хомяк, в свою очередь, не выказывал ни страха, ни агрессии. Грызуны такого размера в дикой природе мало кого боятся. Он спокойно потрогал лапкой пол и принялся методично умываться — верный признак того, что зверь чувствует себя в безопасности.

— Ну привет, рыжий, — я подошёл и неспешно опустился на корточки. Протянул сжатую ладонь тыльной стороной. Пусть обнюхает, познакомится. — Будем дружить?

Хомяк перестал умываться. Повернул ко мне круглую морду. Неприязненно пискнул и раздулся. А затем… по его спине пробежала раскалённая волна. Шерсть вспыхнула вся, разом, как облитая бензином. Настоящее пламя!

Он загорелся посреди моей подсобки! Где стеллажи, картон, упаковочная плёнка, сухие корма и остатки горючей пиротехники.

Хомяк зычно чихнул. Во все стороны полетели искры!

— ПОЖАР!!! — заверещал Архимед.

— ПОЖА-А-АР!!! — вопил Архимед, мечась под потолком.

Спорить с диагнозом трудно. Искры от чихнувшего хомяка разлетелись веером, причём не из носа, а с полыхающей спины. Одна попала на рулон упаковочной плёнки, другая — в открытую коробку с некондицией, третья зашипела на пакете сухого корма. Плёнка занялась мгновенно, скукожилась и потекла чёрными каплями, выбросив едкий дым.