Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 105 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Пауза. Слышно было, как Беркут двигается — скрипит кресло или переборка, или что-то ещё из того, что осталось от командного отсека «Тирана».

— Спинной залп, — сказал он наконец. — Кассета на двенадцать НУРСов. Нужно проверить, не накрылось ли управление… Эй, насекомое! Ты живая там?

— Я тебе дам насекомое, старый маразматик! — раздался голос Сайлен, искажённый болью и помехами. — Система в порядке. Ща устрою фейерверк. Четырьмя руками я бы навела точнее, но и тремя обойдёмся! Жри, ящерица!

«Избушка» неслась, прихрамывая и подпрыгивая, обходя Горыныча по широкой дуге. Дракон медленно поворачивался за нами, его правая голова следила за нашим манёвром. В тот самый момент, когда она навелась строго на нас, Сайлен вдавила гашетки.

Из спинного отсека лежащего «Мехатирана», который чудом уцелел при падении, вырвались огненные хвосты.

Двенадцать ракет. НУРСы. Неуправляемые, грубые, тяжёлые болванки, начинённые взрывчаткой. Они ушли настильно, почти параллельно земле, в упор. Они ударили не в корпус, а по ногам Горыныча. Сайлен знала своё дело.

БАХ-БАХ-БАХ!

Взрывы окутали нижнюю часть дракона. Осколки посекли гидравлику. Антигравы не справились с моментально возросшей нагрузкой. Горыныч накренился. Все три головы мотнулись в стороны, потеряв цель.

Дракон переступил лапами, пытаясь удержать равновесие. Сейчас он не мог целиться. Мы воспользовались этим моментом. Хромая курица неслась за спину дракона.

— Давай, потанцуем! — кричал Беркут в эфир, кашляя кровью. — Ну же! Эй, ящерица трёхголовая! Я здесь! Я ещё не сдох!

Мы заходили противнику в тыл. Сквозь дым, сквозь гарь. Левая нога «Избушки» сгибалась с трудом, но форсажные турбины толкали нас вперёд. Я чувствовал, как от каждого кособокого скачка мозги бьются о черепную коробку. Миранда, кажется, потеряла сознание.

— Тридцать секунд до готовности лазера, — доложила Вайлет.

Правая голова Горыныча медленно, с оскорблённым достоинством наводилась на лежачего «Мехатирана». Дракон ещё не компенсировал крен, однако уже обратил внимание на поверженного, но огрызающегося врага. Словно лев, который отвлёкся от раненой антилопы на укусившую его блоху.

— Беркут, эвакуируйся! — заорал я. — Уходи из отсека! В катапультный шлюз! Живо!

Пасть дракона открылась. Крылатый монстр выровнял положение корпуса.

— Некуда нам идти, Волк, — голос Беркута стал совсем тихим. — Шлюз заклинило. Переборки повело. Пожар везде… Дышать нечем.

Пространство вокруг меня сжалось в точку.

— Нет… — прошептал я.

— Волк, — произнёс Беркут. Твёрдо. Отчётливо. Как приказ. — Не смей киснуть. Слышишь? Прикончи эту ящерицу. Прямо в задницу ему засунь свой лазер. За меня. За парней.

Кристалл лазера в драконьей пасти вспыхнул ослепительно ярко.

— ЗА ТЕХ, КТО В ШАГОХОДЕ! — выкрикнул Игнат Беркутов.

И эфир оборвался.

Я увидел это на экране. Луч ударил наискосок вниз. Прямо в «череп» лежащего тираннозавра. В командный отсек. Броня испарилась, внутри сдетонировала боеукладка «Челюстей Тирана».

Огненный шар расцвёл на месте головы «Мехатирана». Огромный, жирный, черно-рыжий клуб дыма и пламени поднялся в небо, скрывая под собой искорёженный металл. Когда он рассеялся, головы у динозавра больше не было.

На мостике «Избушки» кто-то всхлипнул.

— Нет… — Лекса отвернулась от экрана и стиснула зубы, по щеке скатилась слеза.