Книга Гарем на шагоходе. Том 12, страница 104 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

ОТВЕТ: ЯДРО — ЭТО ПРЕКРАСНО. НО Я СЛЕГКА ПЕРЕОЦЕНИЛ ЕГО ДОСТОИНСТВА. ЕГО ЭНЕРГИЯ ПОМОГАЕТ УСКОРИТЬ ВЫЧИСЛЕНИЯ. ОДНАКО ПРОБЛЕМА С НАВИГАЦИЕЙ ОСТАЁТСЯ.

— Какая ещё, к чёрту, проблема? — возмутился я и тут же закашлялся. Кусочек стекла очень неприятно засел в лёгком и скрёбся между рёбрами.

Я ПЫТАЮСЬ ПРОЛОЖИТЬ МАРШРУТ ЧЕРЕЗ ХАОС ВЕРОЯТНОСТЕЙ, ИСПОЛЬЗУЯ ВАШ МОЗГ ВМЕСТО КВАНТОВОГО КОМПЬЮТЕРА. ЭТО КАК ПЫТАТЬСЯ НАРИСОВАТЬ КАРТУ ВСЕЛЕННОЙ НА САЛФЕТКЕ, ИСПОЛЬЗУЯ ОГУРЕЦ ВМЕСТО КАРАНДАША. МНЕ НУЖНО ВРЕМЯ НА КАЛИБРОВКУ.

— Отлично. Калибруй. А я пока займусь собственным техобслуживанием.

Я посмотрел на живот. Сквозь разорванную ткань рубашки торчал острый, зазубренный кусок инопланетного сплава. Кожа вокруг него стянулась, плотно обхватив металл розовым рубцом.

— Всегда мечтал заняться самохирургией в полевых условиях без наркоза, — пробормотал я.

Я ОТКЛЮЧУ БОЛЕВЫЕ РЕЦЕПТОРЫ НА 40 %. БОЛЬШЕ НЕ МОГУ.

Обхватил торчащий кусок. Пальцы стиснули холодный, скользкий от крови металл. Сжал зубы так, что они заскрипели, и дёрнул.

ЧВЯК!

Мерзкий, влажный, чавкающий звук рвущейся плоти. Боль, несмотря на помощь чипа, ударила в мозг раскалённым тараном. Перед глазами поплыли красные круги.

Я зарычал, вытягивая из себя здоровенный треугольный осколок. Он выходил неохотно, цепляясь зазубринами за мышцы. Кровь хлынула горячим потоком.

— А-а-а-аррргххх! — выдохнул я, отбрасывая окровавленную железяку в траву.

От кишок валил пар. Дыра в животе тут же начала затягиваться. Регенерация с удвоенной силой принялась за работу. Края раны начали стягиваться на глазах.

— Один есть… — просипел я, вытирая пот со лба. — Осталось… ещё штук двадцать.

Следующий час превратился в филиал ада на земле. Я методично, один за другим, выдирал из себя сувениры с корабля церебрумов. Некоторые неудачно засевшие штыри пришлось расшатывать. Пару раз чуть не потерял сознание от болевого шока. Стеклянные осколки из ног выковыривал кончиком «секача».

К концу процедуры вокруг меня валялась куча окровавленного металла, которого после переплавки хватило бы на велосипед. Я сидел, прислонившись к дереву, мокрый от пота и крови, и тяжело дышал.

ЗАПАСЫ ПИТАТЕЛЬНЫХ ВЕЩЕСТВ В ОРГАНИЗМЕ ИСТОЩЕНЫ. ВЫ СЖИГАЕТЕ СОБСТВЕННЫЕ МЫШЦЫ, ЧТОБЫ ЗАЛАТАТЬ ДЫРЫ. КАПИТАН, ВАМ НУЖНО ПОЕСТЬ. СРОЧНО. ИНАЧЕ ВЫ НАЧНЕТЕ ПЕРЕВАРИВАТЬ САМИ СЕБЯ. Я ДАЖЕ МОЛЧУ ПРО ОБЕЗВОЖИВАНИЕ.

Живот подтвердил слова чипа громким, требовательным урчанием.

— Еда… — пробормотал я, поднимаясь на ноги. — Мне нужен белок. Много белка. Найдём кого-нибудь, кто согласится стать моим ужином.

Я двинулся на звук воды. Где вода, там и звери.

Джунгли были густыми, но я шёл сквозь них, как ледокол. Плевать на шум. Просто хотел жрать. Мои чувства обострились до предела. Слышал, как жук ползёт по коре в десяти метрах. Затем почуял запах… мускуса.

Впереди, в кустах, что-то зашуршало.

Из зарослей, ломая ветки, вышла туша. Дикий кабан. Не такой огромный, как мамонты, которых я видел в позапрошлом прыжке, но вполне приличный. Килограммов сто пятьдесят мяса, сала и плохого характера.

Он увидел меня. Маленькие глазки налились кровью. Он всхрапнул, роя землю копытом.

— О, — улыбнулся я, и, наверное, эта улыбка выглядела жутко на моём окровавленном лице. — Бекон. С доставкой.

Кабан решил не тянуть со знакомством. Издал боевой визг и рванул на меня. Живой таран, способный сломать ноги лошади.