Книга Гарем на шагоходе. Том 10, страница 68 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Осталось только его исполнить… и надеяться, что Грейдер не станет копать слишком интенсивно.

Медблок «Избушки» сиял стерильной чистотой и пах озоном после кварцевания.

Лия, скрестив руки под грудью, с профессиональным интересом наблюдала за работой Вайлет.

Моя бывшая — и уже вполне себе настоящая — пассия была в своём обычном белом халате, который только подчёркивал её неземную красоту и вызывающее декольте.

Её кожа мягко светилась, отбрасывая на хромированные поверхности изумрудные блики.

Вайлет, как всегда бесстрастная, сидела у экрана, на котором медленно вращалась трёхмерная модель какой-то невероятно сложной молекулярной цепочки. В её фиолетовых глазах, однако, горел огонёк чистого, незамутнённого научного азарта.

Она находилась в своей стихии.

— Я закончила предварительный анализ, капитан, — доложила она, не отрывая взгляда от экрана.

— Предварительный? — хмыкнул я, подходя ближе. — А я уж надеялся, ты мне и противоядие сварила, и инструкцию по применению распечатала.

— Противоядие невозможно, — всё так же бесстрастно ответила Вайлет. — Потому что это не яд в классическом понимании. Это синтетический катализатор апоптоза.

Она вывела на экран анимацию.

Я не большой специалист в биохимии, но даже мне стало не по себе. Микроскопический агент, похожий на хитроумный ключ, проникал в клетку и запускал необратимый процесс самоуничтожения. Клетка съёживалась, распадалась на части, превращаясь в ничто.

Сразу вспомнилось отвратительное ощущение беспомощности, когда эта дрянь расходилась по моим венам после удачного выстрела снайпера. После боя мы собрали образцы, и вот теперь Вайлет проанализировала их.

— Молекулы этого вещества связываются с митохондриальными мембранами клеток, запуская каскад реакций, ведущий к мгновенному и массовому выходу цитохрома C в цитоплазму, — голосом училки начала объяснять кибердева. — Это сигнал «самоубийства». Клетки начинают производить каспазы — ферменты-«палачи», которые методично расщепляют белки, ДНК, всё внутриклеточное содержимое. Клетка сжимается, её мембрана покрывается пузырьками, и в итоге она распадается на апоптотические тельца, которые тут же поглощаются макрофагами. Вся эта биохимия в норме служит для безопасного удаления ненужных или повреждённых клеток из организма. Исследуемое вещество превращает её в оружие, заставляя этот процесс идти со скоростью лесного пожара.

— Поразительно, — выдохнула Лия, подходя к экрану. Её жёлтые глаза горели не меньшим азартом, чем у Вайлет, но в её азарте было что-то живое, почти детское любопытство исследователя, столкнувшегося с чудом природы. Или, в данном случае, с чудом чьего-то извращённого гения. — Какая элегантная биохимическая конструкция! Он не травит организм. Он просто отдаёт ему команду умереть. Твоя регенерация была бессильна, потому что она не может бороться с приказом, отданным на клеточном уровне. Попытка клеток делиться и восстанавливать ущерб лишь подливала масла в огонь. Новые, молодые клетки были ещё более уязвимы для поражения. Это приговор даже для сверхчеловека.

— Эффективность — стопроцентная, — подтвердила Вайлет, выводя на экран новые данные. — Летальный исход для обычного человека наступает в течение тридцати секунд. Для вас, капитан, с вашим ускоренным метаболизмом и регенеративными способностями, процесс занял бы около двух минут. Вы бы просто… растворились изнутри.