Книга Гарем на шагоходе. Том 10, страница 63 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Они замерли, не веря своим глазам.

— Какого хрена? — прошипел Змей, недоверчиво щурясь. — Это ловушка? Или нас сейчас просто пристрелят?

Моника молчала. Она смотрела в открытый проём, и в её потухших глазах снова разгорался огонь. Но это был уже не огонь ненависти. Это был огонь надежды. Дикой, безумной, отчаянной.

— Шанс, — прошептала она. — Похоже, произошёл системный сбой.

Она поднялась. Её тело, уставшее и униженное, вдруг налилось силой, напряглось, как сжатая пружина.

— Идём. Быстро. Пока охранники не очухались.

— Да куда идти-то⁈ Они же повсюду!

— Они заняты, идиот! — рявкнула Моника, выталкивая его из камеры. — Весь этот цирк с сиреной будет нашим прикрытием! Двигайся, или я оставлю тебя здесь гнить!

Они выскользнули из камеры. Коридоры и впрямь опустели. Весь персонал, все охранники были либо в убежищах, либо пытались навести порядок на верхних уровнях, где разворачивалась драма с мнимым цунами.

Они бежали, стараясь держаться в тени, их шаги тонули в рёве сирен. Пару раз они натыкались на патрули, но те были слишком заняты эвакуацией и координацией действий, чтобы обратить внимание на двух беглых ящеров в тюремных робах. Охранники орали в коммуникаторы, размахивали руками и бежали в противоположном направлении. Никому не было дела до двух заключённых.

— Куда мы? — задыхаясь, спросил Змей, когда они, наконец, нырнули в один из технических туннелей, где вой сирены звучал немного тише.

Воздух здесь казался спертым, пахло машинным маслом. Тусклые лампочки освещали лабиринт из труб, кабелей и гудящих распределительных щитков.

— Подальше отсюда, — прорычала Моника, прислонившись к холодной стене и пытаясь отдышаться. — Нам нужен новый план. План побега с Акватики.

— Что? Но мы ещё не отомстили! — повысил голос Змей.

Она посмотрела на него. В её взгляде больше не было отчаяния. Только холодная, безжалостная решимость хищника, которого загнали в угол, но который сумел вырваться.

— Сейчас наша задача — выжить, — коротко отрезала Моника и оскалилась, в красном свете аварийной лампы её зубы блеснули, как лезвия.

— Волк ещё пожалеет, что не убил нас, когда у него был шанс, — не унимался Змей. — И этот слизняк Роберт тоже. Он заплатит за то, что списал нас со счетов.

Они растворились в лабиринте технических коридоров Акватики, как два призрака, две тени. Город не заметил их побега. Пока не заметил.

* * *

Я сидел в своей каюте, глядя на экран коммуникатора.

На нём светилось лицо Серены Акулиной. Заставка к её комм-ID.

Звонить или не звонить — вот в чём вопрос.

С одной стороны, эта девушка с глазами цвета тропической лагуны стала единственным светлым пятном во всём этом акватиканском балагане. Она не пыталась меня убить, продать или соблазнить ради выгоды… ну, теоретически. Она просто делала свою работу.

И чуть не погибла во время атаки механических ос.

С другой стороны, звонить ей — всё равно что сыпать соль на свежую рану. Напоминать о себе, о том хаосе, который я принёс в её упорядоченный мир дорогих отелей и вежливых улыбок.

— Соколик мой ясный, — раздался из динамика в углу каюты скрипучий голос Ядвиги. — Ты чего это в экранчик-то уставился, будто там тебе судьбу предсказывают? Али девицу какую углядел, краше моих наливных яблочек?

— Отстань, старая, — буркнул я. — Медитирую. Пытаюсь достичь дзена и понять, почему в моей жизни так много взрывов и так мало спокойных вечеров с книжкой.