Книга Гарем на шагоходе. Том 10, страница 147 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Она всхлипывала, как ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.

— Что случилось? — хрипло спросил Валериус, в его голосе сквозил не столько интерес, сколько усталое предчувствие новой беды.

Кристалл подняла на него заплаканные глаза, полные обиды и ненависти.

— Он… он и эта шлюха-полукровка… — задыхаясь от рыданий, выдавила она. — Они смеялись! Смеялись над священной жертвой королевы Велоны!

Тишина в отсеке стала оглушительной. Даже Лазарус перестал точить нож.

— Этот выродок… он глумился над её памятью! — продолжала Кристалл, её голос превратился в истерический визг. — А Кармилла… эта грязная подстилка… она хохотала! Она сказала, что обожает такие традиции! Или он сказал… не помню! Не важно!

Первым взорвался Дрэйвен.

— СМЕЯЛИСЬ⁈ — его рёв заставил вздрогнуть даже невозмутимую Элару. — Я ВЫРВУ ЕГО ГРЯЗНЫЙ ЯЗЫК! Я ЗАСТАВЛЮ ЕГО СОЖРАТЬ СВОЮ ШЛЯПУ!

С диким воплем он со всей силы пнул ближайший ящик. Крышка слетела, и по полу рассыпались какие-то запчасти и инструменты.

— Только скажи, Валериус! — тут же вскочил Лазарус, сжимая кулаки. — Мы разорвём эту консервную банку изнутри! Мы выпустим им кишки!

— Ересь! — прошипел Малакай. — Самозванец, облачившийся в силу бога, оскверняет наши святыни! Кровь за кровь! Так велит закон!

Орион театрально вздохнул, прикрывая рот ладонью.

— О, какой накал страстей. Почти опера. Посмотрите на её лицо, всё красное, опухшее. В этом есть своя, особая, трагическая красота. Красота унижения. Восхитительно.

— Нам всем нужно взять себя в руки! — примирительно сказала Элара.

Изольда же развалилась на нарах, приняв нарочито-эротичную позу.

— Бедный мальчик, — протянула она, глядя на бушующего Дрэйвена. — Такой темпераментный. И такой глупый. Наш новый хозяин просто играет с нами. Дёргает за ниточки и смотрит, как мы пляшем. И, должна признать, у него неплохо получается. Ещё одна-две манипуляции, и он отлично сумеет отделить зёрна от плевел.

Кассиан вздохнул и с педантичностью архивариуса сообщил:

— Обряд «Вечного следования», совершённый королевой Велоной, действительно один из древнейших в нашей культуре. Его первое задокументированное упоминание относится к эпохе Багрового Раскола, когда супруга лорда Мальтуса взошла за ним на погребальный костёр и добровольно позволила пламени поглотить её плоть. Всё это описано в «Скрижалях Скорби», глава третья, стих двенадцатый. Поступок королевы — исторический факт. Реакция на него нашего нового лидера — тоже факт. Ваши крики и слёзы не изменят ни того, ни другого.

— Хватит умничать, книжный червь! — рявкнул на него Дрэйвен. — Пока ты копаешься в своих пыльных бумажках, над нами издеваются!

— Дрэйвен, достаточно! — снова повысил голос Валериус.

Он медленно, с трудом, поднялся на ноги. Его лицо оставалось бледным, но в глазах горел холодный огонь.

— Успокойся. И вспомни, где ты находишься.

Он подошёл к бушующему юнцу и посмотрел ему прямо в глаза.

— Мы принесли клятву, — тихо, но отчётливо произнёс он. — Клятву верности. Перед ликом наших предков и именем Кровавого Бога. Ты помнишь слова этой клятвы?

Дрэйвен молчал, лишь тяжело дышал, его ноздри раздувались.

— Нарушить её — значит покрыть себя вечным позором, — повторил Валериус. — Это значит предать всё, во что мы верим. Это грех, который не смыть даже кровью. Его издевательства над памятью Велоны — ничто по сравнению с таким предательством. Наша честь — единственное, что у нас осталось. И мы не позволим ни ему, ни собственным эмоциям отнять её.