Книга Душеприказчик поневоле, страница 13 – Лев Котляров

— Святые духи! Витюша! Да как же это так⁈ Вот уж не думала, что придется мне увидеть такое…

— Да скажи ты толком! — когда она начинала так меня называть, то это значило, что все плохо. — Что ты такое увидела⁈

— Дар твой проклятый, — шепотом проговорила она. — Смертью пахнет. Беда, всегда говорят, не приходит одна. Вот сначала Серёженька, а теперь и ты.

— Да что ты меня хоронишь раньше времени, старая⁈ Расскажи толком, что за дар такой⁈

Бабка Анфиса ответила не сразу, а все смотрела на светлеющее небо. Из глаз ее уже не текли слезы, но морщинистое лицо было печально.

— Есть такие маги, которые умеют заглядывать на ту сторону. На Изнанку мира. Там, говорят, мучаются души. Им уже не попасть в мир живых, а незавершённые дела не дают отправиться дальше…

Что-то такое мне и Санёк говорил.

— … маг может помочь душам выполнить желаемое, но тем самым он только сильнее привяжет себя к Изнанке, — она с грустью посмотрела на меня. — Смерть теперь ходит с тобой рядом.

— А этим душам верить можно?

— Врать они не могут, а вот не договаривать вполне. Витюша, неужели ты уже⁈

Она отстранилась от меня, поднялась и внимательно на меня посмотрела.

— Зайди. Глянь, — бабка махнула в сторону двери дома Михалыча.

Кивнув, я поднялся и переступил порог знакомого дома. Все вещи покойного были аккуратно разложены. Деревянные заготовки, посуда, да детские свистульки лежали на верстаке, который находился тут же, в сенях.

Я прошел дальше. В глубине души мне было страшно. Хоть я уже и видел трупы, но то был убитый разбойник, а это… Это же Михалыч!

В комнате царила прохлада — кто-то открыл все окна. Наш плотник был накрыт белоснежной скатертью и мирно лежал на кровати.

Никаких теней и туманных завихрений я не обнаружил. Положа руку на сердце, я был рад, что ничего не увидел.

Но все равно подошёл к Михалычу и дотронулся до его ледяной кожи.

Ничего не произошло.

Пожав плечами, я вернулся к бабке. Она уже стояла, тяжело опершись на забор, и все смотрела на небо. Услышав мои шаги, обернулась.

— Ну? — нетерпеливо спросила она.

В ответ я мотнул головой.

— Хорошо, это хорошо, — пробормотала она. — Дождись Василия, я за ним послала. Он должен организовать все. А я уже стара для такого.

— Бабуль, — позвал я ее. — А что ты ночью делала?

— Что? — она непонимающе обернулась, долго на меня глядела, а потом кивнула сама себе. — Сны мне в последнее время тяжелые снились. Думала, одним глазком посмотрю, что там в грядущем. А видишь, как оно обернулось. Теперь вот понять не могу, то ли про Сереженьку, то ли про тебя. А, может, и про все сразу.

Она побрела в сторону нашей избы, оставив меня одного. Я внимательно пригляделся к ней. Вдруг темные завихрения увижу? Но нет, ни единой тени не следовало за бабкой.

Я украдкой перевел дух, тяжело опустился на ступеньки и стал ждать Василия Петровича.

* * *

Жизнь в деревне замерла на время после смерти Михалыча. Бабка со мной старалась не разговаривать, отослала к Саньку, а сама принялась мыть печь. Она все время куталась в черную шаль и хмурилась чаще обычного. Впервые за два года видел ее в таком состояние.

Похороны назначили на второй день.

Санек все крутился вокруг меня, пытаясь узнать у меня, что я видел, но я лишь отмахивался и полдня посвятил дровам. Уж больно хорошо прочищает мозги физический труд.