Книга Козырев. Путь мага, страница 27 – Лев Котляров

— Конечно, есть! Он же не из воздуха деньги делал! Он владеет сельскохозяйственными землями. Семейное дело. Зерновые. Деньги небольшие, но стабильные.

— И при этом масса долгов, сборщики долгов пороги обивают. Что еще можно сделать? Продать из дома что-то? Тут картин на тысячи рублей!

— Вы плохо разбираетесь в искусстве, Александр Николаевич. Это все копии. Вазы тоже подделка. Даже если вы продадите каждую вещь в доме, вы вряд ли закроете едва ли половину долгов.

— Бред, какой бред. Я точно не сплю? — я уставился в бумаги, а потом перевел взгляд на Вайсмана. — Какие варианты у меня есть?

— Вы получаете в наследство земли. Это хоть что-то.

— Как он вообще жил? Тут прислуга, кухарка.

— Это было подготовлено для вас. Петровский распорядился.

— Чтобы последние деньки перед долговой ямой пожить в радостных хлопотах? — скривился я. — Допустим. Ладно, половину уволю. А вы? Кто оплачивает ваши услуги и учителя? Тоже Петровский?

— Все верно, — прокартавил Вайсман, сложив руки домиком. — Я с вами на год, Причалов на полгода.

— Времени мало.

— Больше скажу, после оглашения завещания будет еще меньше. Вам уже присылают приглашения на приемы. И там важно появиться.

— Но зачем?

— А как иначе? Вы будущий хранитель камня Королей! — вскинул густые брови Вайсман. — С вами многие хотят познакомиться уже сейчас.

— У меня даже костюма приличного нет. Может, можно эти приемы прогулять? — с надеждой спросил я.

— Увы, ваше сиятельство. На такие приемы вы обязаны приезжать. Костюмы не проблема, в вашем гардеробе есть парочка на первые два раза, а потом придется думать.

Я был готов взвыть. Отец свалился на мою голову вместе с долгами и проблемами. Отчаянно захотелось обратно в академию, поболтать с Олегом, набить морду Вяземскому. Тогда было все просто и понятно. Единственное, что меня вдохновляло ввязываться во все это — магия.

— Как я знаю, император устраивает прием буквально через два дня.

— На следующий день после оглашения завещания, — мрачно добавил я.

— Совершенно верно. А это значит, что вам нужно привести себя в порядок.

— А чем я сейчас плох? — я дернул себя за отросшую прядь, она упорно лезла мне в глаза уже полмесяца. — Ладно, стрижка так стрижка. Что еще?

Брови Вайсмана снова приподнялись, и он улыбнулся. Я понял, что у него есть план, который мне очень и очень не понравится.

— Хорошо, но у меня есть условия.

* * *

Оглашение завещания происходило в офисе нотариуса в центре города. Народу собралось почти дюжина человек. Я смотрел на них и не мог понять, что им тут нужно. Они сидели в конференц-зале и чопорно молчали. Но взгляды были прикованы к двери, за которой стоял я и Вайсман.

Он мне рассказывал про каждого из присутствующих. Я внимательно слушал и запоминал. Как сказал помощник — это самые близкие к Петровскому люди и те, кто заинтересован в дружбе с хранителем. Графы, князья, а еще представитель императорского двора. Он-то меня заинтересовал больше всего.

Вид у него был грозный. Хищный взгляд, орлиный нос и бакенбарды, больше похожие на мех животного, чем на настоящие волосы. Костюм на нем сидел идеально. Даже складки на брюках, казалось бы, были выверены по линейке.

Остальные произвели на меня такое же сильное впечатление. По моим скромным подсчетам стоимость их нарядов и украшений была вдвое, а то и втрое больше, чем цена за поместье Петровского.