Книга Путь Стратега 3. Тени Шадда, страница 7 – Луций Корнелий

Я снял маску, привлекая всеобщее внимание к своей скромной персоне. Наверное следовало что-то сказать… Но что и зачем? Большую часть этих людей я едва ли увижу скоро, если вообще увижу. Наши судьбы более не связаны враждой. Они останутся здесь, а меня понесет с Севера на Восток. С одного края мира на другой.

— Пятнадцатый ранг так быстро… — задумчиво произнес Иратион.

Его тусклые старые глаза не выражали ко мне никакой вражды, но в отличие от жизнерадостного Радана имперец был опечален. Судьбой бывшего вождя или чем-то другим.

— Насыщенная получилась война. — пожал плечами я.

— Многие мои друзья погибли, но не могу отрицать… Это была великая война. Настоящий суд богов. — продолжал восхищаться Радан. — Сейчас я прикажу убрать трупы и мы сможем спокойно поговорить.

— Да. Да. — согласился Ностий. — Мне нужно объявить еще два распоряжения Сената.

Минут двадцать потребовалось, чтобы очистить зал от мертвецов. Остался только запах крови, тяжелый и навязчивый даже для привычных к нему людей. А тут все были такие, может быть за исключением Ностия, но он держался достойно.

— Радан из племени Однов… — зачитывал фециал одно из распоряжений. — За верность федератскому договору Сенат присваивает вам статус друга и клиента Империи.

Ага. Вот тебе мальчиш-плохиш банка варенья и корзина печенья. Как я теперь понимаю этот статус означает, что Империя берет данного господина под свою крышу. И просто так его прирезать уже сложнее. Крыша может спросить с виновных. Тут, кстати, местные уголовное и международное право работают по одинаковым схемам. Если Кто-то кого-то убил, то с виновником судится не государство, а его патрон или, если такового нет, община. Быть клиентом важного человека очень полезно для выживаемости. Если, например, кого-то будут подозревать в убийстве одного из моих легионеров, то в суде обвинителем выступлю я. Или кто-то от моего имени. Но если все происходит на территориях, где я имею военные полномочия, то можно фактически обойтись без суда.

Радн присвоение нового статуса встретил с дружелюбным почтением. Похоже теперь именно ему быть новым вождем союза федератов. Не знаю, где сейчас Орина и чем занимается, но на ее месте я бы поблагодарил Альденг за спасение жизни. Чую Радан со товарищи уничтожат всех родственников Геора, до которых сумеют дотянуться. И тут дело не только в затаенных обидах. Для любых заговорщиков родичи свергнутого правителя это потенциальная угроза, а Радан далеко не дурак. Дураков в стратеги не берут.

— Иратион из Месана, по милости Императора вам даровано прощение за ошибки прошлого. Изгнание отменяется. Посему вы будете восстановлены на службе как новый стратег лимеса Север.

Несколько мгновений старик молча смотрел на фециала, ожидающего реакции, а затем тихо произнес.

— Большая честь для меня. Большая честь…

Однако радости в его голосе я не заметил.

Так решилась судьба Севера на ближайшие года. Рокировка. Меня в Шадд, Радана на трон, а Иратиона сторожить границу. При этом пока существует угроза Сердца, то у северян не будет даже мысли о бунте. Саму же проблему Немертвого Бога Империя, скорее всего, попытается решить чужими руками. Использовать для этого магов Багрового Круга. Но это все уже не моя проблема.

Вечером после заговора я отдыхал в отведенных покоях под охраной четверых преторианцев. У меня и Доктония были вполне резонные опасения, что кто-то из северян может захотеть даже ценой своей жизни отплатить мне за судьбу родного края. И я ощущал себя будто в тюрьме. Вообще, последние полмесяца выдялись не самыми приятным. Вечно под чужой опекой. Пешка в руках политиков, которую водят с одного столичного мероприятия на другое. Мне надо было воссоединиться с армией. Только тогда я снова почувствую себя цельным, свободным, готовым сражаться за свою судьбу.