Книга Магическая штучка, или Невеста с характером, страница 87 – Анна Рэй

Девушка вскинула руки: из ее ладоней хлынули иссиня-черные ленты чистой силы. Хотя насчет силы я бы поспорила: в браслетах, которые обхватывали запястья, были спрятаны камни-дымовики. Мы с Мартишкой такие используем для полицейской дымовой липучки, когда противника нужно напугать — перед тем, как пригвоздить к полу. Но кое-кто из зрителей видел подобное впервые.

Струящиеся дымчатые нити сплетались в жутковатый вихрь, окутывая стройную фигуру Адель. Раздалась торжественная музыка, будто сами камни дворца запели гимн тьме. Принц недовольно покачал головой, некромант Десмонд закатил глаза, а вот король смотрел на участницу с нескрываемым восторгом. Королева и некоторые дамы в первых рядах испуганно вжались в кресла. Народ на площади тоже притих: вместо восторга выступление конкурсантки вызвало страх.

Когда Адель закончила, в зале стало темно и неуютно.

И как мне теперь выступать, если ничего не видно?

Я вышла в центр мрачного марева и произнесла:

— И тьма, и свет прекрасны, если ими не злоупотреблять. Не забывайте, что у великого светлого бога Эвзена и темной богини Нады были разные дети: темные, светлые, смески и немаги. Такие, как я, и как большинство жителей Протумбрии. Думаю, боги хотели нам намекнуть: мы все равны и вместе уравновешиваем друг друга…

На площади раздались бурные овации.

— Вот что я скажу: если где-то стало слишком темно, значит, пора включить свет, — воскликнула я и активировала миниатюрный иллюзиум последней модели, который дорабатывала всю ночь и подзаряжала магическими кристаллами.

Щелк!

В черную завесу ворвались десятки белоснежных голубей. Они были сотканы из чистого сияния. Иллюзорные птицы врезались в тьму, и та на глазах начала рассеиваться, превращаясь… в снег! Пушистые снежинки падали на головы знати и ложились мягким светом.

А по залу зажурчали невидимые ручьи, из начищенного паркета стали прорастать деревья. На ветках набухали почки, они лопались, появлялись листочки, и вскоре тронный зал превратился в цветущую весеннюю поляну. Запахло ландышами и свежестью.

Один из министров осторожно протянул руку, касаясь цветка — иллюзия была настолько плотной, что казалась осязаемой. На руку королю опустилась маленькая яркая птичка, и он, забыв о величии, широко улыбнулся. Королева искренне, по-детски рассмеялась. Принц смотрел только на меня, и в его улыбке было столько тепла, сколько не даст ни одно заклинание.

Я знала, что на площади творится подобное, потому что попросила своих подруг, Мартишку и Элиску, одновременно активировать иллюзиумы там.

Сквозь окна раздавались удивленные вскрики и смех, а за спиной закашлял секретарь Шипка, тонко намекнув, что время для демонстрации моих талантов истекает.

Я нажала на рычаг прибора: вмиг деревья и цветы исчезли, оставив после себя лишь свежий аромат.

— В прошлый раз зрители просили наглядно показать, что такое магические штучки, — обратилась я к присутствующим, демонстрируя маленькую коробочку иллюзиума. — Это и защита, и охрана, и сложные расчеты. Но иногда это просто забава — способ подарить друг другу немного радости. Потому что нет магии сильнее, чем искренняя улыбка и смех.

Зал взорвался таким грохотом аплодисментов, что заложило уши.

Жюри поднялось и удалилось для совещания. А с улицы, через открытые окна, донесся многоголосый рев толпы: