Книга Магическая штучка, или Невеста с характером, страница 40 – Анна Рэй

Вернулся инспектор минут через десять, притащив с собой тонкую серую папку.

— В деле имеется заявление родителей о пропаже дочери, — произнес он сходу. Я заметила, что пирожки исчезли, а инспекторский взгляд стал сытым. — Есть опрос школьных друзей и сокурсников по Академии — наши коллеги в Ликарнии провели розыскные мероприятия, но, увы, девушку так и не нашли.

— А та, другая, — уточнила я, — с чужим лицом? Вы с ней говорили?

— Которая находится на принудительном лечении? Говорил. Но, сами понимаете, веских доказательств, что она является Владой Ренци, нет, — расстроил меня инспектор. — Родители ее не признали, детектор лжи не сработал.

— Детектор — это наша с Мартишкой шкатулка правды? — уточнила я. — Оно и понятно: вещь экспериментальная и не всегда улавливает колебания голоса.

— К тому же колебалась девушка сильно, отвечая на вопросы, — поддакнул инспектор. — Зато ауроспектрум определил уровень магии и возраст. Они, совпадают с показателями настоящей Влады Ренци.

Да мало ли девушек с одинаковым уровнем магии и того же возраста? Тем более я прекрасно знала, что любую проверку можно обойти с помощью наших магических штучек. Сама так делала, когда поступала в Академию Протумбрии. Магии-то во мне нет, а брали только магов. Но все же два совпадения есть — уже что-то.

— А вы сами общались с преподавателями и персоналом Академии? — спросила я.

— Лично я в Ликарнию не ездил, поверил коллегам на слово. Но там работают профессионалы: дело ведет старший инспектор Мартин Корф. Кстати, кузен нашей Мартишки, — добавил Капулько.

— Значит, Мартин, — пробормотала я.

— Вы его тоже знаете? — удивился инспектор.

— Да, мир тесен, — призналась я, но не стала уточнять, что тесен не только мир, но и улица, на которой мы с Мартином жили.

— Из Ликарнии пришел ответ, что лира Ренци училась хорошо, — пояснил Капулько, заглядывая в бумаги. — Она часто посещала библиотеку и заглядывала в аптеку, что по соседству с Академией. Друзей у нее особо не было, только сердечная привязанность к Мареку Ясиковскому, ради которого она и поступила в заведение.

— Обычная жизнь влюбленной студентки, — вздохнула я, сравнивая жизнь Влады со своей.

Я тоже подалась в Академию ради Мартина. Хотела изобрести пилюлю, которая вернет ему память. И ведь изобрела! Не без помощи столичного профессора и ректора Тори, но у меня же получилось! А что в итоге? Мартин все вспомнил, только любви ко мне больше не испытывал. Потому что за то время, пока жил и работал в Ликарнии, он кое-кого встретил. Так что Владу я хорошо понимала. Может, потому и хотела ей помочь.

Инспектор Капулько тем временем откинулся на спинку стула и прищурился:

— Думаете, с этим делом не все так просто, коллега?

Я приосанилась и тоже важно откинулась на стул. Но слишком резко, поэтому не удержалась и свалилась на пол.

— Э-э, полагаю, да, — ответила я из-под стола, потирая ушибленную ногу. — Если девушка из лечебницы — авантюристка, то странно себя ведет. Она охотно общалась с полицией, позволила лекарям осмотреть себя…

— А лекари подтвердили, что на пациентку воздействовали магически! — оживился Капулько, помогая мне встать.

— Кто вообще на такое способен? — поинтересовалась я.

— Или темный маг высшей категории, использующий черные ритуалы, — задумался Капулько, — или редкое зелье, из запрещенных. А может, и то, и другое. Что-то мне это дело напоминает…