Книга Единственная для Бога войны, страница 96 – Наталья Косухина

Резко приказал:

— Не входить.

Мужчина, глядевший на меня круглыми от страха глазами, быстро закивал. Я захлопнул дверь и повернулся к отцу.

Император сидел за своим массивным столом, подперев кулаком голову, и обреченно смотрел на меня. Он знал, что я явился ругаться.

— Как ты мог? – процедил я, не обманув его ожиданий.

— Сын, она призналась у всех на глазах. У меня не было другого выбора, – ответил отец, и его слова прозвучали на удивление спокойно. – Я не только отец, но еще и император.

— Это твои дети знают, – саркастически заметил я, чувствуя, как внутри поднимается горькая волна. – Почувствовали на собственной шкуре. Только вот почему-то вместо тебя нас защищают другие. – Я сделал шаг вперед и оперся ладонями о стол императора. – Сиэль Вейлин спасла меня много лет назад. Теперь – сегодня. А что же вы? Что сделала наша семья, чтобы защитить тех, кого мы любим?

Я видел, как неприятны мои слова для отца. В глазах мелькнула тень боли, но он не отвел взгляда. А я не мог молчать. Душа сжималась от страха и боли за человека, которого я любил так сильно, что эта любовь выжигала все внутри.

— Она твой свет, – тихо сказал отец, и его голос чуть смягчился. – Но ты не задумывался о том, что совсем ее не знаешь?

— Некоторые любят человека, потому что он такой, какой есть, – ответил я, глядя ему прямо в глаза. В голосе зазвенела сталь. – А некоторые – невзирая на то, каким он может быть. Я люблю ее. И этого достаточно.

Отец тяжело вздохнул и провел рукой по лицу.

— Расследование я уже начал. Его начал и ты. Все силы брошены на то, чтобы доказать невиновность Вейлин. – Он поднял на меня взгляд. – Чего ты еще хочешь?

— Самых широких полномочий, – твердо сказал я, выпрямляясь. – Ты церемонишься с чиновниками и знатью, а они нас стремятся истребить. Может, попробуем мои методы?

Отец помолчал, его взгляд на меня был пристальным и тяжелым.

— Хорошо, – наконец произнес император и добавил с нажимом: – Но ты примешь последствия своих методов. Можешь устроить им террор, но они используют это против тебя. Ты готов к этому?

— Тогда я обращусь к Сиэль, – иронично заметил я, чувствуя, как на губах появляется горькая усмешка. – Защищать меня – это, кажется, уже дело ее жизни.

И, резко развернувшись, направился к двери. Я получил все, что хотел. Полномочия. Свободу действий. Теперь я мог быстро вытащить ее.

— Какой разговорчивый стал, – услышал я за спиной хмыканье отца. – Прям не узнать…

А я вышел из кабинета и быстрым шагом направился собирать стражу. Нужно все сделать быстро, пусть и жестко. Сейчас эффект неожиданности – наш козырь.

Сиэль Вейлин

На самом деле в тюрьме было не так уж и плохо. Сухо, тепло. Есть стол, стул и кровать – она не отличалась мягкостью и комфортом, но на ней вполне можно было спать. Лично меня кормили неплохо, но тут я подозревала, что императорская семья создала для меня особые условия.

Остальные заключенные находились далеко, словно меня специально усадили в самый дальний конец тюрьмы, подальше от основных камер, туда, куда даже голоса не долетали. И, оказавшись в этих застенках, я осталась наедине с собой и своими мыслями. Было о чем подумать – и тишина вокруг только способствовала этому, ничто не отвлекало, не мешало сосредоточиться.

Когда я только вернулась в прошлое, передо мной стояли две угрозы: для рода Вейлин и для императорской семьи. От нас нужны были деньги и влияние, чтобы совершить переворот, от императорской семьи – власть.