Книга Горн Стихий, страница 83 – Екатерина Флат

— Зато я знаю, — странным голосом отозвался Вадим, не сводя глаз с горизонта. — Вон та горная цепь называется Пасть Мертвеца.

— Ну и юмор у местных жителей, — дрогнувшим голосом прошептала я, придвигаясь поближе к Вадиму.

— Сомневаюсь, что уместных жителей вообще есть юмор, — мрачно произнес он, — Карин, это Арцахес.

Я растерянно заморгала, отказываясь верить собственным ушам.

— Как Арцахес? — пискнула я. — Опять Арцахес?

— В каком смысле опять? — не понял Вадим.

— Ну в смысле «опять нам не повезло», — я не стала уточнять, что не далее, чем сегодня, тут была. — Но ты уверен? Пустовато здесь для Арцахеса. Мы с тобой тут столько времени, а нами еще ни разу не попытались пообедать.

— Я бы очень хотел ошибиться. Но это точно Арцахес, — убийственно подытожил Вадим.

— И что нам это дает? — я становилась все мрачнее. — Только не говори мне, что твое Равновесие в качестве второго испытания завещало тебе очистить Арцахес от всей нечисти.

— Не думаю, — наивный Вадим не уловил в моем голосе сарказма.

— Так ты думай быстрее, пока нас не сожрали! — взвыла я. — Потом уже поздно будет думать!

— Я как раз и пытаюсь, — буркнул Вадим, — а ты мне тут орешь под ухом.

— Все, отстала, — насупилась я.

Минут пять прошло в молчании. Вадим задумчиво пинал мелкие камни под ногами, я же нетерпеливо топталась рядом.

— А ведь правда, Карин, — неожиданно нарушил тишину он, — тебе не кажется странным, что вокруг никого нет? Хотя по эту сторону Пасти Мертвеца я раньше не бывал, но насколько я знаю, Арцахес населен столь густо, что эта пустынная равнина — аномалия какая-то…

— Знаешь, — я нервно сглотнула, — мне кажется, что тут никого нет, потому, что они все сами боятся.

— Нас? — Вадим с сомнением на меня посмотрел.

— Нет, — я невольно поежилась, — кого-то другого. Тут, наверное, есть кто-то такой, кого боится даже вся эта нечисть. Как ты думаешь?

— Твое предположение может быть совсем недалеко от истины, — Вадим задумчиво почесал затылок.

— Я ожидала от тебя других слов, — тоскливо отозвалась я, перепугано оглядываясь. — И кто это, по-твоему, может быть?

— Не знаю, — Вадим покачал головой, — но, скорее всего, ты, действительно, права. Взгляни на те пики, — он указал в сторону гор, — если смотреть на них с той стороны, то невооруженным взглядом видно черное облако. Это кружатся дай, у которых в горах гнездовье. А тут их нет… Нас ведь с тобой не зря зашвырнуло именно сюда. Значит, здесь что-то особенное.

— Например? — без особого энтузиазма поинтересовалась я. — Какое-нибудь особенное бессмертное чудовище?

— Бессмертных не бывает, — хмыкнул Вадим, — так что если даже и чудовище, тем лучше, прихлопнем его и домой, мириться с Ритой.

— Ты знаешь, помириться с Ритой — это тебе будет посложнее, чем прихлопнуть бессмертное чудовище, — невесело усмехнулась я. — Так чего делать-то будем?

— Я думаю, нужно идти вглубь равнины, — пробормотал он, задумчиво смотря в серую туманную завесу, — а там посмотрим.

— Ага, — пробурчала я себе под нос, — посмотрим на свою смерть.

— Ты что-то сказала? — оглянулся Вадим, бодро спускаясь с холма.

— Я просто пожелала нам счастливого пути, — отозвалась я, стараясь от него не отставать.

Мы шли уже около часа, пейзаж не менялся. Точнее, его не было вообще. Мы просто тупо брели сквозь клочкастую темноту без какого-либо ориентира. Вадим, правда, упорно делал вид, что знает, куда идти, я же даже не пыталась изобразить энтузиазм.