Книга Горн Стихий, страница 19 – Екатерина Флат

— Вставай! — нудел Воэтин, самым бесцеремонным образом тормоша меня за плечо.

— Вовка, убью, — буркнула я, сонно отрывая лицо от подушки.

— Ну вставай! — не унимался мой буйный племянник.

Я накрылась одеялом с головой, красноречиво этим высказав мой ответ. И на несколько секунд снова задремала. Пока вдруг на меня что-то сверху не хлопнулось. Я от испуга даже резко голос потеряла, поэтому мой лихорадочный вопль так и остался не озвученным. В первую секунду спросонья подумала, что это потолок рухнул, и только высунувшись из-под одеяла, обнаружила, что это Воэтин самым наглым образом на меня уселся и прыгает.

— Я тебе не батут, — мрачно напомнила я, философски размышляя, от кого этому маленькому рыжему чудовищу достался такой отвратительный характер.

— Кто? — не понял ребенок.

Вместо ответа я нашарила на прикроватной тумбочке свой мобильник, посмотрела на время и взвыла:

— Ты чего не спишь! Семь утра всего!

— Вот именно, — засопел он. — Ты мне вчера весь вечер гундела, чтобы я не проспал! А сама вон дрыхнешь!

— А, ну да, — я только сейчас вспомнила, что сестра попросила сегодня Воэтина в садик отвести, а то им некогда будет. Теперь же у меня в семье все были занятые. Даже Саша устроилась на работу в недавно открывшийся крутой свадебный салон.

И, получалось, мне предстояло как-то успеть отвести племянника в садик, а потом сразу же мчаться к Вадиму.

— Вставай, а то опоздаем, — укоризненно на меня смотрел Воэтин.

— Может, для начала ты с меня слезешь? — мрачно попросила я.

Он тут же спрыгнул на пол, я села на раскладушке, чувствуя себя большим куском желе, которое вот-вот развалится.

— Правильно дедушка говорит, что надо рано спать ложиться, — воспитывал меня племянник, — и что нельзя до полночи сидеть за компьютером.

— И в кого это ты у нас такой умный, — проворчала я.

И тут же получила втык от совести. Просто она всегда просыпалась чуть позже меня, и я только сейчас сообразила, что препираюсь с ребенком. Причем, на равных. Вот и думай теперь, это Воэтин такой не по годам умный, или это я настолько отстала в своем развитии.

Тяжко вздохнув, я все-таки встала с раскладушки.

— Ну все, я пошел обуваться, — обрадовался мой рыжий племянник и выбежал из комнаты в коридор.

— Какой обуваться? — я приглушенно взвыла. — Я же даже еще не переоделась!

И тихо чертыхаясь, я быстро собралась, убрала раскладушку, кое-как заправила кровать и поспешила в прихожую.

Воэтин уже стоял там обутый, одетый и наглухо замотанный в шарф, так что только любопытные глаза и не менее любопытный нос высовывались наружу.

— Я уже зажарился тебя ждать, — пробурчал он приглушенным из-за шарфа голосом.

— А не фиг было торопиться, — парировала я, спешно собираясь.

Воэтин, видимо, понял, что я малость не в духе, так что молчал всю дорогу. Это только я ворчала себе под нос по поводу мороза и недосыпа. Досталось в моей пламенной речи всем. И садику, который работал с утра пораньше. И Вадиму, который жил так далеко. И первым автобусам, которые так редко ходили. И правителю Ресо-Кефарь, к которому почему-то непременно нужно было попасть утром. Ну и закончилось все как всегда Русланом, оказавшимся в моих рассуждениях изначальным корнем всех бед и подорванных нервов.