Книга Сыпала ночь снег, страница 29 – Екатерина Флат

Едва слышно доносилось, как за стенкой Макс говорил с кем-то по телефону. Я не пыталась разбирать слова, просто слушала его голос, интонацию. И это еще больше меня убаюкивало. Может, так сказался расслабляющий эффект теплой воды после того, как намерзлась, но упорно лезли в голову странные мысли. Хотя бы о том, как все-таки странно, что с совершенно чужим человеком вдруг стало так спокойно. Я даже на какое-то время отвлеклась от трагедии в личной жизни и вправду чуть не уснула.

Но все же старательно перебарывая сонливость, выбралась из ванны, вытерлась чудесно мягким полотенцем и надела свою одежду. Взгляд хоть и замер на миг на мужском махровом халате, но я прекрасно понимала, настолько это будет неприлично, хотя Максим и сам говорил. Расплела собранные заранее в пучок волосы, дабы перед купанием их не намочить, и теперь на голове был так называемый творческий беспорядок. А расчески я тут так и не увидела на полках. Пришлось идти так.

Выйдя из ванной, я первым делом наткнулась на караулящего за дверью дога. Хотя намерения цапнуть меня за пятку он не проявлял, но мало ли что у него было на уме. Правда, он словно бы понимал, что я его опасаюсь, даже отошел немного назад. А я поспешила туда, где в данный момент горел свет и откуда слышался голос Максима.

На кухне было на удивление уютно. Видимо, здесь никогда не ступала тараканья лапа. Неброский гарнитур из, зуб даю, какого-нибудь жутко редкого дерева, зеленые шторы и лампа, стилизованная под абажур. И только глянцево-черная громадина двухдверного холодильника не вписывалась в интерьер. Вообще я раньше была уверена, что у холостяков в квартире полнейшая разруха. Так что ожидала увидеть, как вариант, горы немытой посуды с прилипшими к тарелкам остатками горелой яичницы, но кухня поразила чистотой и опрятностью. Видимо, периодически сюда все-таки наведывалась какая-нибудь дама. Может, домработница. А, может, кто и поинтереснее. Скромно сев на мягкий стул я исподтишка наблюдала за деловито разговаривающим по телефону Максимом, размышляя, какая у него любовница. Ведь по-любому она у него есть. Какая-нибудь длинноногая фотомодель, у которой один маникюр стоит столько, что мне всей стипендии за год на такой не хватит.

Закончив разговор и поставив передо мной на стол чашку с горячим чаем, Максим тем самым прервал мои негодующие размышления по поводу обделенности бедных студентов. Интересно, но чашка была самая обыкновенная. Небольшая такая черная кружка без каких-либо узоров.

— А ты думала, что я пью чай, как минимум, из вазы династии Мин? — усмехнулся Макс, в очередной раз, видимо, догадавшись по моей красноречивой физиономии о содержании мыслей.

— Типа того, — я вяло улыбнулась и отхлебнула горячий напиток. Уже согревшийся организм после коньяка и ванны воспринял чай без особого энтузиазма. Вот поесть чего-нибудь он бы не отказался, но на предложение Максима перекусить, я ответила отказом, героически проявляя то ли гордость, то ли дурость.

— У меня еще есть полчаса, — осчастливил меня Макс, садясь на стул напротив и закуривая. — Так что там твой прекрасный принц? Его белый конь на всем скаку увяз копытами в сугробе и так до тебя и не доехал? И ты с бессмысленным упорством шаолиньских монахов столько времени на морозе ждала? А если бы твоя меркантильная подружка не подсуетилась мне об этом сообщить?