Книга Вызов, страница 14 – Харли Лару

— Ты не уйдешь? Что, черт возьми, значит, ты не уйдешь? Джесс! — Её неверие заставило меня вздрогнуть. Как я могла объяснить это, как я могла показать, что для меня это имеет смысл? — Джесс, ты с ума сошла, зачем тебе…

— Джессика!

Мое сердце заколотилось. Мэнсон остановился у задней двери. Он щелкнул пальцами и указал на землю у своих ног.

— Идем. Сейчас же.

Я оглянулась на Эшли и увидела, что её рот сжался в тонкую линию.

— Джесс, — сказала она напряженно. — Ты действительно…

— Прости, Эш, я просто… — Нормальная, умная часть меня кричала, что я не собираюсь позволять этому чудаку обращаться со мной как с собакой. Но темная, нуждающаяся часть меня настаивала на другом: она говорила мне, что снисходительный тон Мэнсона звучит горячо, его уверенность сексуальна, и что бегать, подчиняясь его зову, будет так приятно.

— Просто дай мне минутку, ладно? — Я извиняюще сжала руку Эшли, передала ей свой напиток, затем повернулась и пошла к Мэнсону. Я еле волочила ноги, чтобы не показаться слишком нетерпеливой, и с каждым моим медленным шагом я видела, как дергается его челюсть.

Я раздражала его. Хорошо.

Я сложила руки, пытаясь своим выражением лица отразить его раздражение.

— Да? Что?

Он снова указал вниз, медленно вздохнув.

— Мои шнурки, Джесс. Завяжи их.

Конечно же, шнурки на его ботинках развязались. И вот я снова собираюсь встать перед ним на колени. На мгновение я почти почувствовала запах кожи. Я почти чувствовала её под своими губами. Я тяжело сглотнула и насмешливо спросила:

— Шнурки, серьезно? Тебе что, пять?

Но я опустилась. Здесь, на коленях, при свете, проникающем через стеклянные двери, я завязала ему шнурки. Я поспешила подняться, мой язык был готов к новым язвительным комментариям, но его рука на моем плече заставила меня опуститься обратно.

— То, что ты ведешь себя как негодница, не меняет того, что ты всё ещё подчиняешься мне, Джесс, — мягко сказал он, наклоняясь, чтобы приблизить свое лицо к моему. — То, что ты ведешь себя так, будто для тебя это чертова обязанность, не меняет того, что ты всё ещё делаешь это. — Он лукаво улыбнулся. — Притворяясь, что тебе не нравится, ты не избавишься от этого. Продолжай в том же духе, и ты только заработаешь себе старую добрую коррекцию поведения.

На мгновение я потеряла дар речи. Наконец, мне удалось произнести:

— Коррекция… коррекция поведения? Какого черта…

— Продолжай в том же духе и узнаешь. — Он выпрямился, убирая руку с моего плеча, и я вскочила на ноги. — И с этого момента, когда я отдаю тебе приказ, ты отвечаешь «Да, Хозяин», понятно?

Мне потребовалось огромное самообладание, чтобы снова не закатить глаза.

— Ты действительно перегибаешь, — прорычала я. Затем, увидев, как дернулась его бровь, я язвительно добавила: — Хозяин.

Он покачал головой.

— Продолжай в том же духе, Джесс. Я знаю, что в твоей жизни нужна дисциплина. Скоро ты её заработаешь. — Он вошел в дом, держа дверь открытой достаточно долго, чтобы я проскользнула за ним. Дисциплина… какого черта? Я не была уверена, что он имел в виду, но вдруг срочно решила выяснить это.

Мэнсон влился в разговор со своими друзьями, а я неловко стояла позади него, пытаясь сделать вид, что я не с ним. Эшли снова присоединилась к нам, но на этот раз, когда Мэнсон отвернулся, она схватила меня за руку и потащила на кухню.