Книга Королева Мэлли, страница 11 – Тереза Нильская

Арчи, значит, мелькает в моем сознании. Какой-то Арчи, сбивший меня в этом непонятном мире. Арчи…

Я наконец-то встала коленки, и, тяжело опираясь на землю, пытаюсь приподняться. Встать не могу. И не смогу без помощи, наверное. Вижу огромную протянутую руку всадника в перчатке. Он наклонился через шею коня для этого. Слава Богу, догадался!

Вкладываю свою изможденную, прямо-таки старушечью лапку в эту огромную длань. Ну, а как по-другому скажешь, длань, конечно. Архаизмы из меня полезли, а куда деваться, если я в каком-то средневековье очутилась, явно.

Рука всадника по имени Арчи ощутимо дёргает меня вверх, и я наконец-то встаю. Прямо перед его конём. Пыль с моей одежды сыпется при этом, словно струйками. Отряхиваю себя руками, насколько это возможно. Потому как выгляжу ужасно нелепо перед группой молодых и красивых, надо сказать, мужчин на этих прекрасных конях.

А я словно вижу себя в этот момент со стороны. Нелепая, тощая фигура, с лысой головой. Старый больничный халат наполовину расстегнут, пуговицы отлетели, видно тело, но груди у меня словно совсем нет. И все это в глазах всадников ещё и грязное, с хлопьями дорожной серой въедливой пыли, которую я ощущаю даже на лице. Представляю, каким нелепым чучелом я выгляжу.

Поднимаю глаза, придерживая рукой ворот распахивающегося халата, и сталкиваюсь с прищуренным взглядом огромного мужчины на сером коне. В нем все огромное, я просто тростинка перед ним, хотя по жизни высокая. Мужчина неожиданно белокурый, с вьющимися очень светлыми волосами. И глаза такие яркие, синие-синие.

Наши взгляды встречаются, перекрещиваются, словно вражеские клинки. Взгляд раздраженный, гневный. Надо же, синь какая…

— Ты кто? - резко спрашивает меня мужчина. - Откуда выскочила? Тебя не было на дороге.

Я молчу, потому что у меня в глотке стоит пыль. И если мне говорить, то я сначала хотя бы прокашляться должна. Подумает ещё, что заразная...

Если бы я сидела за своим столом в нашей редакции, то начала бы свой юмористический рассказ следующим образом:

“Я свалилась неизвестно в каком мире прямо в пыль, и предстала огородным пугалом перед высокородным господином на коне-исполине.

— Кто ты? - вскричал господин, обалдев от моей наглости, - как смела появиться на моем пути ?

— Я несчастная больная женщина, - промолвила я, - и мне очень нужна ваша рыцарская помощь.

— Доставить ко мне в замок, вымыть, одеть в костюм одалиски и привести ко мне вечером!

Да, сидела бы и весело щелкала по клаве старенького компа, а тут…

Пришлось пойти с воинами по приказу умчавшегося на “коне-исполине” этого “высокородного господина”.

Они шли впереди и недовольно оглядывались, что иду медленно. А я, наступая в придорожный слой пыли в больничных разношенных шлепках, думала, что такую грязь из-под ногтей мне теперь век не убрать. Мне так сколько ещё топать?

К моему счастью, мы подошли к старой повозке с лошадью около одноэтажного здания, от которого шли малоприятные запахи прокисшей еды. Голодная, вот и чувствую. Мне сказали лезть в повозку, но не помогли. Я вскарабкалась, как могла.

Скамеек не было, пришлось сесть на досчатое дно этой колымаги. Когда лошадь тронулась, повозку стало мотать во все стороны, и я думала уже только о том, чтобы не получить занозу в свою “филейную” часть.