Книга Я не я, страница 73 – Аисс Виал

— Инна лилляхи ва инна иляйхи раджиун!^[23]

Шотландцы тем временем прочитали про себя свою заупокойную молитву.

Зафар объяснил, что умерших хоронят, согласно их верованиям, до заката.

Так и поступили.

Оставшейся дорогой Зафар рассказал спутникам, что успел поведать о себе умерший.

Он был бедуином и носил имя Холмат. Его постигла не одна беда. Пережив последнюю, бедуин и сам мечтал покинуть этот мир и увидеть врата Рая. Но его гложило и так долго удерживало на земле несчастье, постигшее накануне его любимую дочь, Лейлу. Он умолял Зафара спасти честь его дочери Лейлы. Она готовилась к свадьбе по бедуинским обычаем, ее жених, как и полагается, выплатил оговорённую заранее сумму денег за невесту. За отцом, Холматом, по традиции оставалось одно — купить на эти деньги ювелирные украшения и доставить дочь в хамулу^[24] жениха, где все готово было к свадьбе. Но перед бурей, часть их каравана подверглась нападению враждебного племени шейха Рувалла, они перебили часть людей Холмата, похитили его дочь и украшения, потребовав выкуп за Лейлу.

— Я не смог отказать умирающему. Дал слово вызволить дочь, — виновато признался Зафар, глядя на Дункана, — утром мы прибудем в Аль-Джан. Там ты залечишь рану окончательно, окрепнешь, отдохнешь. Я познакомлю тебя с мудрецами Аль-Джана, которые надеюсь, тебе помогут в твоем деле. Жаль, что ты не успел мне поведать о нем! Если не вернусь на третьей декаде, отправляетесь на родину. Я отдам для этого необходимые распоряжения заранее.

Дункан пристально посмотрел на приятеля-сарацина, затем с улыбкой вызвался помочь:

— Да я не знаю твой язык, обычаев и хитростей, как выжить в твоем знойном краю. Но не думаю, что мой хорошо наточенный меч, убавит твои шансы на удачу в этом деле.

— Ну а я чаще бываю там, где мой глава клана — Дункан Маккоул. Я с вами воины!

Попытки воспротивиться желаниям шотландцев не последовало. Зафар уважал храбрость и отвагу, превыше всего в людях.

Он, довольный услышанным, окинул взглядом пустынную землю, залитую закатным заревом, и уверенно пришпорил верблюда, заставляя продолжить путь в сторону Аль-Джана.

Город, в котором жил Зафар оказался ярким и цветущим, местные скалы круто обрывались у морских просторов, окружая население природной защитой. Затем их путь продолжился шествием по живописной горной дороге и вьющимся между вершин вади — пересыхающим руслам местных речушек. Так они добрались до расположенного высоко в горах, среди впечатляющих своими размерами и величием вершин, поселка Аль-Джан. Здесь на колоритных улочках примостились небольшие деревянные домики, построенные прямо на склоне горы. Отсюда были хорошо видны зеленые участки, которые местные жители умело использовали для ведения сельского хозяйства.

На самом пике крупнейшей вершины расположился дом Зафара. Он впечатлял. Своим видом он напоминал крепость, небольшую, но надежную, с единственной смотровой башней в стиле свойственном арабской архитектуре. Дункан не ошибся, считая, что Зафар занимал немаловажное место в своем краю.

По прибытии в крепость, Зафар никого из своих людей не удивил возвращением. Он признался, что очень часто за свою жизнь исчезал без предупреждения, как и появлялся вновь. Его жизнь была наполнена приключениями и изнурительной работой в плане научных открытий и просвещения в стране. Возможно, именно поэтому считал не целесообразным иметь гарем, как полагается мусульманину.