Книга Хорошая моя, страница 96 – Ирина Ваганова

Вообще-то это было хорошей новостью. Во всяком случае, хотелось так думать.

Маша приободрилась, прибавила шагу и весело предложила:

— Я тут неподалёку знаю один старый уголок, была там без тебя. Давай заглянем, сфоткаешь, а?

— С большим удовольствием! — воскликнул Коля и похлопал по футляру висящего на ремешке фотоаппарата. — Идём, хорошая моя!

Он как всегда чутко уловил перемену настроения любимой девушки, обрадовался этому. Они побежали. Взявшись за руки, как влюблённые школьники.

А мама сокрушается, что Маша старше избранника. Да она молодеет, превращаясь в девчонку рядом с ним! Это же классно!

* * *

Николай Озероцов

С каждой новой встречей любовь в Колином сердце разгоралась всё сильнее. Разве такое возможно? Он не задумывался. Любил прекрасную девушку так, что готов был подхватить её на руки, взлететь и в обнимку парить над городом. Такое это было безграничное чувство.

От Машиной улыбки становилось тепло, от печального взгляда щемило в груди, когда же она радостно бежала навстречу и ныряла в Колины раскрытые объятья, всё его существо охватывало волной безграничного счастья.

Взаимная любовь — это ли не восторг, это ли не дар щедрого неба?

Ради такого чувства к женщине во все века мужчины совершали подвиги. Николай мечтал совершить подвиг и посвятить его любимой. Что же? Что же такого сделать? Разыскать и победить дракона? Вряд ли они ещё остались. Передвинуть гору? Изменить русла рек? Вычерпать море? Всё, кажется, по силам. Думая так, усмехался и сам себя называл мальчишкой. Нужен настоящий, важный поступок — достижение, победа.

Помнится, раньше маленький Коля мечтал порадовать отца, доказать свою нормальность. Это совсем не то. Папа ждал конкретных вещей, требовал послушания, объяснял, почему важно развивать отсутствующие способности. Маша ничего не ждала, ничего не требовала, Николай стремился удивлять любимую, а не доказывать ей что-либо. Просто хотелось видеть счастливую улыбку на милых губах. Нежно их целовать и улыбаться самому.

Конечно, можно считать, что какой-никакой подвиг он уже совершил. Это если учесть произошедшие в жизни перемены. Выиграл конкурс, выставил фотоработы на вернисаже, почти все распродал… Однако заслуги эти принадлежали по большей части Машеньке. Она подала идею выкладывать снимки в интернет, она отправила Колины фотографии на конкурс, она, наконец, договорилась с Дианой Юрьевной. Он-то что сделал? Просто катился по удобно проложенным рельсам.

Подсказка нашлась случайно. Как-то Николая командировали помогать смежникам — так начальник гаража называл привлечение механиков к хозработам на территории. Предстояло ликвидировать старый сарай, спрятанный в зарослях на задворках. Напарником удачно оказался дядя Саша. Они довольно шустро разобрали строение на бруски, металлические листы и доски. Погрузили в кузов институтской «Газели», а когда та отъехала, прилегли в теньке на траву. Дядя Саша резонно заметил, что тому, кто хорошо поработал, позволено малость отдохнуть.

Земля ещё не остыла, солнечные лучи, проникая сквозь кроны молодых берёзок, не обжигали, не слепили, а лишь заигрывали на прощанье. Вот-вот, как сообщал великий и ужасный Гидрометцентр, зарядят дожди. Тогда уж не расслабишься в теньке, слушая зудение надоедливых августовских мух. Неподалёку желтели глазки пижмы, расточая терпкий аромат. Озерцов лежал, подсунув под затылок ладони, смотрел на далёкое полупрозрачное облачко и мечтал, как вечером у проходной встретит Машу, чтобы прогуляться с ней по городу.