Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 40 – Тиана Соланж

Внутри было по-прежнему пусто и холодно, но четкий план на своебудущее я уже себе нарисовала. И Бахтияру в нем места не было.

— Что у тебя с телефоном? — резко спросила Кристина, когда через два дня мы встретились с ней на занятиях. — Я волновалась, между прочим, а ты все время была вне зоны доступа сети! И дома никто не открывал, — с обидой в голосе высказала она мне.

По правде говоря, я провела эти дни, в одиночестве гуляя по городу, и никто, даже папа, не знал этого. Если она и приходила — а это был бы подвиг с ее стороны! — я все равно не узнаю об этом. Отца дома не было, он улетел на очередную встречу с инвесторами, и меня никто не контролировал и не приставал с расспросами о моем состоянии. Да и, честно говоря, я пока не знала, что ему скажу, весь мой боевой настрой пропал, но зато было время подумать.

— Я потеряла его, — ответила равнодушно, бездумно рисуя в своем скетч-буке. Выходило на редкость нечто мрачное и жуткое, но сейчас мне нужно было хотя бы на бумаге излить свое мрачное настроение.

Говорить с кем-либо не хотела, но подругу сложно было игнорировать. Она чуть растерянно смотрела на меня, ожидая пояснений, рассматривая мой не слишком свежий, по сравнению с зомби из очередного фильма ужасов, вид.

— Саш, у тебя… все хорошо? — осторожно поинтересовалась Кристина, не сводя с меня взгляда. — Саша… алё!

— Все нормально, Тин, — неохотно отвела взгляд от альбомного листа, захлопывая блокнот. — Я жива, здорова, сижу с тобой, ожидая начала занятий. Видишь, даже счастлива? — я выдавила улыбку, больше напоминающую оскал. Просто не хотела, чтобы подруга и дальше продолжала свои расспросы.

Винила ли я Кристину за ее «советы»? Конечно, нет. У меня должна быть своя голова на плечах, и в этой ситуации никто не виноват, кроме меня и, пожалуй, Бахтияра. Вспоминать о нем мне не хотелось совершенно, но, выходивший из-под моей руки набросок, напоминал чертами искаженное лицо парня. Я несколько секунд тупо таращилась на монстра с глазами Бахти, а затем зачеркнула рисунок, выдрала лист, остервенело, кромсая его на мелкие кусочки.

— Да-а, — протянула подруга, скептически рассматривая что-то в моем лице. — По тебе не скажешь. Может, поделишься, что случилось?..

— Крис! — я предупреждающе посмотрела на нее, но девушка не впечатлилась, а в следующий момент и вовсе огорошила меня, заявив:

— Слушай, я не знаю, что произошло… г-м, между вами, но… Бахти волнуется. Он едва ли не каждый час звонил мне, выясняя, не нашлась ли ты. Он с ума сходил все эти дни, не зная, где тебя…

— Стоп! — я даже выставила ладонь вперед, а Кристина запнулась, изумленно уставившись на меня. В руках она вертела свой телефон. — И как давно вы общаетесь, что он тебе названивает? И почему именно у тебя он спрашивал обо мне? — я говорила абсолютно равнодушно, и мне в действительности было наплевать, как давно они общаются, но вот… Кое-что там, в квартире, зацепило меня, и я никак не могла отделаться от мысли, что…

— Ты чего, Саш? — удивленно проговорила подруга, уставившись во все глаза на меня. А я… я снова сбилась с мысли, что даже поморщилась, пытаясь снова поймать ее за хвост. Так, ладно… — О каком общении ты говоришь?! Он два дня искал тебя, приходил ко мне, звонил, — в голосе Кристины звучала неподдельная обида, только я не поняла, на кого?