Книга Вернуть жену любой ценой, страница 36 – Яна Мосар, Анна Гранина

Я четко понимаю почему согласилась на этот вечер. Ради видимости. Чтобы все думали, что мы муж и жена, ведь слухи в нашем городе расползаются молниеносно. И это работает отлично. Пусть все знают. Люди любят стабильность, а мы с Мироном идеальная картинка. По крайней мере, для всех вокруг.

Я выхожу из комнаты, и Мирон замирает. Его взгляд скользит по мне: от завитых волос до подола платья.

Несколько секунд он молчит, и я чувствую, как воздух становится гуще. Потом он подходит, берет легкий кардиган с вешалки и помогает мне его надеть. Пальцы касаются моих плеч, и я напрягаюсь.

— Ты невероятная сегодня, – шепчет он хрипло, наклонившись к моему уху, щекочет теплым дыханием.

Но я не реагирую. Не хочу. Эти слова ничего не значат. Это просто слова.

Я киваю, беру сумочку и иду к двери.

В ресторане тепло, пахнет специями и дорогим вином. Друзья Мирона уже здесь, за столиком у окна. Чернов, про таких как он говорят, что он с возрастом только лучше становится. Жаль, что пузо не отрастил! За его скотское отношение к жене-то, не помешало бы. Но судьба его сама наказала. Фамилия говорящая.

Рядом Игорь, давний партнер по бизнесу, лет тридцати пяти, с острыми скулами и безучастным взглядом. Я удивляюсь, что он один. Помню его жену, яркую блондинку, которая всегда смеялась громче всех. Где она? Но молчу. Не мое дело.

— Ада, рад тебя видеть, – Чернов встает, пожимает мне руку, с теплой улыбкой без тени удивления. – Сколько лет, а ты все такая же.

— Спасибо, – отвечаю тихо, садясь. Игорь просто отделывается “приветом”, но тоже как-то по-доброму.

Они не спрашивают, почему я здесь, почему снова с Мироном. И совсем не удивлены. Вот так бывает в мужском мире. А может быть они в курсе всего и хотя бы перед ними мы не будем разыгрывать “долго и счастливо”? Было бы неплохо.

Разговор между мужчинами течет легко: бизнес, новые проекты, шутки про погоду. Я киваю, улыбаюсь, когда нужно, но мысли где-то далеко. В пекарне. У Зои. С Пашкой.

Я как будто совершенно разучилась вести вот такие беседы, или они мне просто напросто перестали быть интересными.

Мирон сидит рядом, его рука иногда касается моей, но я аккуратно отодвигаю. Он замечает, но молчит.

— Пойду в уборную, – говорю я, поднимаясь.

Мне нужно хоть на минуту остаться одной, передохнуть, без вот этого притворства и показушности.

В туалете тихо, только слабый гул музыки доносится из зала. Я подхожу к раковине, смотрю в зеркало. Та же Ада, что была полчаса назад, но теперь я вижу трещины. Они не на лице – в душе.

“Терпи, мать!! Ты кремень, так надо!” - словно мантру себе твержу.

Я поправляю волосы, и тут дверь открывается.

Женщина. Молодая, красивая, с длинными темными волосами. Не пойму, что заставляет меня обратить на нее внимание. И только спустя несколько секунд до меня доходит… Она… чем-то внешне на меня похожа.

Дамочка подкрашивает губы и тоже смотрит на меня через зеркало. Алые губы кривятся в усмешке.

— Так вот на кого Мирон меня променял? – словно ментальную пощечину получаю. – На милфу, что вот-вот выйдет в тираж?

Ада

Я замираю. Эта девка смотрит на меня с такой наглой ухмылкой, будто я ее проблема, а не наоборот.

Променял? На милфу? Серьезно?

Вот оно, эхо прошлого, в виде этой размалеванной куклы, которая думает, что может меня задеть.