Книга Диагноз - Влюбленность или кушетка для бунтарей, страница 20 – Яна Вербицкая

Кристина открыла рот, закрыла, потом снова открыла. Ее пальцы судорожно вцепились в подлокотники. Она искала, к чему придраться, но не находила.

— Это… — она запнулась, чувствуя, как тысячи комментариев в прямом эфире начинают сходить с ума от восторга. — Это не то, что я просила.

Я оперлась на спинку кресла, глядя на нее через зеркало.

— Ты просила вернуть тебе репутацию, Кристина. Я вернула тебе лицо. Если ты сейчас скажешь, что это плохо, твои же фанаты решат, что у тебя либо проблемы со зрением, либо с головой. Выбирай, какой скандал тебе сейчас нужнее.

Максим подошел ближе. Он посмотрел на Кристину, потом на меня — и в его взгляде читалось такое восхищение, что Кристина поняла: она не просто проиграла, она проиграла битву за него навсегда.

— Выглядишь потрясающе, Кристин, — сухо сказал он. — Жаль, что твой характер не такой же безупречный, как твоя новая прическа.

Она подскочила, едва не опрокинув лампу.

— Это… это просто случайность! — выкрикнула она, бросаясь к выходу. Ее помощники растерянно последовали за ней, не зная, выключать трансляцию или нет.

В дверях она обернулась, ее лицо было перекошено от бессильной ярости.

— Мы еще не закончили, Ева!

— Дверь там, — я вежливо указала рукой. — И, Кристина? С тебя оплата по двойному тарифу. За риск работы с «тяжелым случаем».

Когда за ними захлопнулась дверь, салон буквально взорвался. Клиенты, которые наблюдали за этим, начали аплодировать. Я чувствовала, как адреналин начинает отступать, оставляя после себя приятную, но изматывающую пустоту.

Максим подошел ко мне, осторожно взял за плечи и развернул к себе.

— Ты просто уничтожила ее. Изящно. Хладнокровно. Это было… чертовски сексуально.

Я устало усмехнулась, прислонившись лбом к его груди.

— Она вернется, Макс. Такие, как она, никогда не прощают, когда их ставят на место их же оружием.

— Пусть возвращается, — он поцеловал меня в макушку. — В следующий раз я сам встречу ее на пороге. И поверь, мой словарный запас для «инста-див» гораздо короче, чем твой.

— Знаешь, — я посмотрела на него снизу вверх, — кажется, я только что заработала себе не только врага, но и кучу новых клиентов. Запись забита на месяц вперед.

— Значит, пора инвестировать в расширение бизнеса, — он лукаво подмигнул. — У меня как раз есть на примете пара свободных помещений. И я обещаю: там точно не будет прорезиненных полов.

Я рассмеялась, чувствуя, как тяжелый камень, который лежал на душе с самого утра, окончательно превращается в пыль. Мы победили, но я знала: это была лишь разминка перед чем-то гораздо более серьезным.

Неделя после «битвы при салоне» прошла в странном, почти сюрреалистичном спокойствии. Кристина исчезла с радаров: ни новых сторис, ни ядовитых комментариев, ни внезапных проверок от санэпидемстанции, которых я опасалась. Мой салон стал местом паломничества: женщины приходили не только за стрижкой, но и чтобы вживую увидеть «ту самую стилистку, которая поставила на место инста-диву».

Максим же стал неотъемлемой частью моего дня. Он перестал притворяться, что работает из угла: теперь он часто оставался до закрытия, наблюдал, как я тружусь, и иногда, к ужасу моего администратора, даже помогал подавать полотенца или развлекал клиентов своими невозмутимыми комментариями о бизнесе и жизни.