Книга Бывший. Верну тебя, страница 39 – Вика Тверская, Ольга Игонина

Валентина Аверина. На черно-белых фотографиях она с молодым красавчиком, смутно напоминающим Марка. На руках сидит малыш. От ангельского вида у него остались только глаза. Снимков с другими детьми больше нет, значит, ты у нас единственный сыночек. И матери преподнес одну внучку. Маловато.

Вот, через кого я буду действовать!

Пишу сообщение. Дурацкий русский язык, все слова подчеркиваются красным. Спасибо, что интернет умеет исправлять орфографию. Еще раз проверяю ошибки, не могу ударить грязью в лицо перед будущей свекровью.

Здравствуйте! Я девушка вашего сына. У меня для вас новость — скоро вы станете бабушкой. У нас будет сын.

И для верности прикладываю пару наших совместных фоток. Отправляю, аккаунт Авериной Валентины загорается зеленым. Сообщение прочитано.

Теперь посмотрим, Марк, как ты справишься с двумя любящими женщинами.

— Маркуша, что-то ты давно мать не навещал. А у меня, между прочим, для тебя новости. Не хочешь к старушке заехать? — по маминому тону слышу, что варианта не ехать у меня в принципе нет. Она всегда так строит фразы, что спорить бесполезно.

Заезжаю в магазин, нужно же “старушке” купить продуктов. Маме и шестидесяти нет, но лет с сорока она уже говорит о себе, как о бабке.

Молочка по дороге купи, если не сложно. И батончик. Холодильник уже неделю пустой стоит. И печеньев каких-нибудь, а то мне тебя угостить нечем.

Каждый месяц я перевожу матери двадцать тысяч рублей — прибавку к пенсии, которая у нее и так неплохая. Но запасов на кухне у нее почему-то не водится.

Спросил как-то, куда она деньги тратит, так получил такой ушат ненависти и претензий, что зарекся вообще о деньгах говорить. Оказалось, что даю я мало, после смерти отца она с трудом выживает, а мне, поросенку неблагодарному, плевать, как тут мать справляется.

Взял на себя еще и оплату коммуналки, плюс раз в неделю заказываю ей продукты доставкой. Но она все равно “голодает”...

Набиваю полную тележку мясом, фруктами и прочими продуктами. Буду доказывать матери, что я хороший сын и обеспеченный мужчина.

На пороге мама встречает в поношенном халате и мокром полотенце на голове.

— Уже второй день голова болит, — почти стонет. Хотя внешне выглядит бодренько.

— Таблетку пила?

— Хочешь, чтобы я травила свой организм? Итак еле передвигаюсь…

— Мам, ну так зачем мучиться-то?

— Не понять тебе пожилого человека и его трудности, — всхлипывает и скрывается в гостиной. — А мне ведь даже скорую некому вызвать.

— Так давай вызову, раз тебе настолько плохо.

Достаю телефон и вслух проговариваю номер службы спасения.

— Хочешь мать со свету сжить? — с дивана доносится бодрый визг, следом раздается плач вперемешку с “кому я нужна, старуха такая”.

Нажимаю на сброс. Теперь нужно только дождаться, когда она успокоится и сама начнет говорить.

Это театральное представление я изучил хорошо. Видел его, когда вместо юрфака пошел на экономический, когда собрался жениться, потом когда о беременности Оксаны рассказал.

Со временем мать настолько полюбила шоу одного актера, что стала закатывать мне представления чуть ли не каждый месяц.

Страдания, обвинения, истерика, а потом “очень важный разговор”.

Спустя пару минут, как я и ожидал, она успокаивается. Вытягивается в струнку, тяжело вздыхает и, прищурившись, смотрит на меня.