Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 14 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

— БЛЯДЬ!

Горан замечает мои мучения. Взгляд серых глаз скользит по мне.

— Что-то не так?

— Все хорошо, — рычу. Мне нужно успокоиться. Иду в ванную.

Все здесь обшарпанное, старое. Пахнет сыростью и плесенью. Дышу тяжело, сердце колотится, как бешеное.

Стираю ладонью пыль с потрескавшегося зеркала и смотрю на свое отражение. Бледное лицо, впалые щеки, темные глаза. И клыки… Длинные, острые.

Зуд в спине становится невыносимым, жгучим.

— Я не сдамся… — шиплю своему отражению. — Никто больше не сделает меня рабом!

Но внутри я словно сгораю. От боли и дикого неконтролируемого желания. От безумной тяги, что выворачивает душу наизнанку. Срываю рубашку, ткань расходится по швам. Резко поворачиваюсь спиной к зеркалу и застываю.

На лопатке пылает метка. Сложная, изящная вязь. Арабская. Чуждая. Я ненавижу ее всем нутром, хотя и не помню почему.

С ревом бью кулаком по раковине. Она с грохотом разлетается на куски. Ловлю свое отражение. Глаза горят адским белым огнем. Впечатываю кулак в зеркало. Осколки остаются в коже.

Боль опаляет, но раны тут же заживают.

Дверь с треском распахивается. На пороге Горан, его невозмутимость наконец-то растрескивается.

— Влад! Успокойся!

— Мне нужно уехать! — рычу, исподлобья глядя на него. Дико, по-звериному. — В городок N. Подальше отсюда… От нее… Устроишь? Или мне убить тебя, а потом ехать самому?

— Ты не растерял чувства юмора, — произносит со странным теплом в голосе. — Повернись.

— Нет, — выпрямляюсь.

— Я знаю, что тебя терзает. Истинная связь? Где метка?

Молча, почти против воли, жестом указываю на спину.

— Не сопротивляйся. Твоя истинная пара должна быть сильнейшей. Вы нужны друг другу.

— Не неси чепухи! — взрываюсь. Делаю шаг вперед, под босыми ногами хрустят осколки стекла.

— Но ведь я прав! Нам лучше найти твою истинную и объединить усилия. Богиня волков слабеет. Мир мертвых становится сильнее. Он проникает сюда, искажает реальность. Сильнейшие засыпают. Ты видел город!

— Мне нет дела до их войны! — перебиваю его.

— Есть…

Это «есть» звучит с такой уверенностью, что я теряю дар речи.

— С чего ты это взял?! — делаю шаг к нему, хватаю Горана за грудки. Он не сопротивляется. — Какого черта ведешь себя так, словно знаешь меня?! КТО ПОСЛАЛ ТЕБЯ?

Он смотрит на меня своими бездонными серыми глазами, и в них нет ни страха, ни злобы. Лишь вселенская тоска.

— Ты…

Бегу. Босыми ногами шлепаю по ледяному каменному полу готического собора. Высокие своды теряются в темноте, а оттуда на меня смотрит что-то древнее и голодное.

На мне легкое зеленое шелковое платье.

Дышать тяжело, не хватает воздуха.

Вокруг, поднимаясь почти до колен, стелется молочно-белый туман. Он живой. Пульсирует, шевелится, и из его глубин доносится шепот, полный злобы. Холод обжигает кожу, цепляется за лодыжки ледяными когтями.

— ВЛАД! — мой крик разбивается о каменные стены, теряется в этой серой хмари. — ВЛАД, ОТЗОВИСЬ!

Вдруг из тумана вырывается тень. Она обвивает мою лодыжку, сковывает. Пригвождает к полу.

— Прочь! — рычу, пытаясь вырваться.

Инстинктивно расправляю крылья. Золотые перепонки бьют по влажному воздуху, поднимая вихри тумана. Еще одно усилие, и я взлечу!

Но невидимые щупальца не отпускают. Я в ловушке.

И тут в конце бесконечного коридора возникает высокий силуэт. Он плывет в тумане, не касаясь пола босыми ногами. Старик с длинной седой бородой. Глаза, словно ледяная бездна. На нем рваная рубаха и штаны. Кожа темная, с мертвенным фиолетовым отливом, словно у мертвеца.