Книга Последняя спичка, страница 57 – Мари Варей

Дверь им открыл Жан-Батист. С радушной улыбкой он крепко пожал руку Габриэлю и поблагодарил за вино.

— Алина в саду, а дети в своей комнате, — объявил он. — Я скоро к вам присоединюсь, только схожу за мясом для барбекю, я тут один маринад приготовил, хочу, чтобы вы его оценили!

Зоэ и Габриэль прошли по веранде и оказались на залитой солнцем лужайке. Алина сидела в тени яблони на садовом стуле, на коленях у нее лежала открытая книга, но она не читала. Светлые мелированные волосы собраны в безупречный конский хвост, какой можно увидеть только у киноактрис или моделей на плакатах в парикмахерских, стягивающую хвост резинку скрывает намотанная на нее прядь. Карие глаза с длинными темными ресницами искусно подчеркнуты тушью, на бледное лицо нанесен тональный крем с солнцезащитой, который препятствует появлению морщин и не выдает ни малейшего несовершенства кожи, видны разве что темные круги под глазами, но сейчас, когда она замечталась, чего обычно себе не позволяла, они придавали ей несколько романтический вид. На ней бледно-розовое льняное платье с длинными рукавами и гармонирующие с ним туфли на низком каблуке. Погруженная в свои мысли, она не услышала, как к ней подошли.

— Привет! — сказала Зоэ, радуясь, что наконец видит старшую сестру, с которой не встречалась с Рождества.

Алина встала, улыбнулась, Зоэ бросилась ей на шею и крепко обняла. Вздрогнув, Алина отпрянула назад, смущенная столь по-детски проявленной к ней нежностью. Реакция сестры обидела Зоэ, но она этого не показала. Алина, вероятно, осознавая свой холодный прием, затараторила:

— Мы так давно не виделись, дай-ка на тебя посмотреть! Твой живот! А он растет! Беременная женщина — это очень красиво; я, будучи беременной, ощущала себя на седьмом небе. Гляжу на тебя — и уже почти готова задуматься о пятом ребенке!

— А я кажусь себе уродиной, — смеясь, ответила Зоэ и переключилась на другую тему. — Какой у тебя красивый шарфик!

Зоэ хотела было потрогать ткань нежного оттенка, но Алина, нахмурив идеальной формы брови, запротестовала:

— Осторожно, он очень дорогой, это шелк из коконов дикого шелкопряда!

Тут Алина впервые подняла глаза на Габриэля, и взгляды их встретились. Зоэ обернулась. Он пристально рассматривал ее сестру, и это напомнило ей их знакомство у театра. Алина и Габриэль очень быстро обменялись дружескими поцелуями, едва соприкасаясь щеками, и на несколько секунд повисла тишина, нарушаемая лишь пением птиц.

— А вот и тот самый Габриэль! — сказала Алина, немного смущенно засмеявшись. — В твоих интересах быть с моей сестрой любезным, а то придется иметь дело со мной!

Габриэль попытался изобразить улыбку, но его глаз она не коснулась — шутка не удалась.

— Схожу за детьми. Располагайтесь, хотите чего-нибудь выпить? Мне повезло, у нас всем занимается Жан-Батист, а я только заправку для салата готовлю.

Она исчезла в глубине дома. Через несколько минут в сад спустились дети и вежливо поздоровались. Воспитаны они, разумеется, были прекрасно. Зоэ приласкала их, Сикстина от подарка тети пришла в восторг.

За обедом Сикстина забрасывала Габриэля вопросами о его профессии, техниках рисования и о том, как он стал художником. Алина расспрашивала Зоэ о ходе беременности, интересовалась, принимает ли она витамины, планирует рожать с анестезией или без нее. Слышала ли она о йоге для беременных? Собирается ли кормить младенца грудью? Зоэ, которая жила сегодняшним днем, накладывала себе тонны салата с макаронами и, отвечая «пока не знаю» или «я еще об этом не думала», смаковала ребрышки, замаринованные и пожаренные ее зятем.