Книга Наследница Джасада, страница 60 – Сара Хашем

— Что? – замялась я.

Он заранее это все спланировал? Или подал им какой-то не замеченный мной сигнал?

— Я должна увидеть Фэйрел, – сказала я, с трудом расслышав свои собственные слова. – Рори не может лечить ее в одиночку.

— Это не просьба, – ответил Джеру. – Народу не нужно видеть еще одно зрелище.

— Ты прав, – хихикнула я, чувствуя, как мою грудь все теснее и теснее сжимает истерика, которая кристаллизуется в осколки, ранящие мою грудь. – Они видели более чем достаточно.

Комната, пропитанная запахом пасущегося поблизости скота, в которую они меня втолкнули, находилась в доме на границе Махэра. Дверь за мной захлопнулась, оставив меня наедине с моей паникой.

— Нет, нет, нет! – повторяла я, вышагивая по комнате.

Наследник Низала не мог назвать меня своим чемпионом, тем более после того, как увидел мою магию. Он знал, что я была джасади. У него на руках были доказательства, которые он искал. Командир армии Низала никогда бы сознательно не присвоил честь чемпиона моему роду. Должно быть, это была какая-то тактика, чтобы задержать Феликса, ведь охота на меня отняла у Арина больше двух дней, и казалось справедливым, что он хочет убить меня сам.

Мне нужно выбраться отсюда! Но куда, черт возьми, они меня привели? Стены комнаты покрывали десятки карточек, имена и даты на которых были написаны одной и той же рукой. Возле стола, ширина которого едва позволяла поставить на него чашку чая, стоял одинокий стул с прямой спинкой, а вдоль левой стены тянулся стеклянный шкаф, дверцы которого были надежно заперты. За стеклом я увидела копии самых знаменитых вещей Авалинов. Некоторые из них мне удалось узнать: ветка дерева, которую Дания с размаху вонзила в сердце новоиспеченной матери, топор, выкованный по ее подобию и проржавевший от крови, и потрепанная кукла, вырезанная из шкуры животного. Ее вид заставил меня отступить на шаг. Кукла была наклонена под таким углом, что я могла видеть реалистичные детские глаза, нарисованные на шкуре, из которой она была сделана. Я не помнила эту куклу ни в одной из историй об Авалинах, но когда я, поджав губы, изучала трещины на ее коже, то смутно вспоминала уроки Ханым. На кукле был флаг Орбана времен древней битвы при Зинише. Лукуб победил в битве, используя магию, которую Низал категорически запретил использовать во время войн. Магия, к которой прибегнул капитан Лукуба, чтобы победить орбанцев, была слишком ужасна, чтобы ее вспоминать. Она поглотила землю подобно могучей чуме, из-за чего некоторые из орбанских солдат были разорваны на части. Их тела деформировались, превратившись в маленьких человекоподобных кукол.

Отведя взгляд, я прижала два пальца к губам, пытаясь побороть подступившую к горлу желчь. Учитывая все происходящее тогда, неудивительно, что та битва закончилась так, как закончилась. Армия Низала, редко маравшая свои сапоги в территориальной вражде, прошла маршем через Лукуб, и только умная и проворная политика тогдашней султанши не позволила Низалу стереть это королевство с лица земли. Битва при Зинише привела к заключению мирового соглашения между Низалом и Лукубом, и каждый последующие Верховные и султанши соблюдали его. Конечно, битва при Зинише произошла в те времена, когда магия была запрещена только как оружие во время войн и мир в королевствах был единственным временем для ее использования. Мир, который нарушила моя магия, когда я метнула кинжал в наследника Омала. Если бы мне удалось повернуть время вспять этим вечером – я бы ни за что не отошла от Рори. Мы бы собрали все, что нам не удалось продать за праздники, и вернулись бы в его лавку. Возможно, мы смогли бы нагреть достаточно воды для двух чашек мятного чая в задней комнате и посмеяться над детьми, спотыкающимися друг об друга на улице. Я бы не оказалась в этой комнате с военными реликвиями, стоя на пепелище своей второй жизни.