Книга Панцири, страница 39 – Денис Бурмистров

А потом привык, успокоился. Помирать всё еще неохота, но смерть больше не пугает. Не рвет сердце, не будит по ночам.

Зачерствел, скажете вы. А что еще остается солдату, отвечу я?

Впрочем, есть одно средство – мы насмехаемся над костлявой. А смех, как известно, продлевает жизнь.

— Кстати, – Пикси хлопнул пивной кружкой об стол. – Вы же в курсе, что наш славный Ариф в каждом городе покупает себе место под могилку и надгробие в форме белоснежного гриба?

— Знаем, – хмыкнул Руни. – Все деньги спускает.

— Это не гриб, а душа, покинувшая тело и стремящаяся к небесным высотам, бестолочь, – проскрипел Ариф.

— Да не о том речь! – отмахнулся Пикси. – Наш дедуля себя всюду заначек понаделал, чтобы, значится, не пропасть в безвестной могиле. Только знаете в чем хохма?

Он прям захрюкал от смеха, готовясь выдать нечто уморительное.

— Да говори уже! – нетерпеливо вопросил Руни.

— Помните, мы перед отплытием из Логбери в город ходили? – пересилил душащий хохот засипел Пикси. – Ариф мне еще такой: «Давай зайдем к похоронных дел мастеру». А там как раз по пути было. Ну, я такой: «Чего не зайти?». И зашли… Ой, умора!

— Обоссысь давай еще от радости, – прокомментировал Ариф.

— Гробовщик начал заказ принимать, а потом что-то нахмурился, задумался, – как ни в чем не бывало продолжил Пикси. – Полез в бумаги. И знаете что?

— Да не томи уже, – сказала я.

— По новому закону, могилы нельзя держать пустыми больше пяти лет! А наш мудрый Ариф тут был лет десять назад, да позабыл уже!

Он сипло засмеялся, утирая выступившие слезы. Выдавил:

— А гробовщик… Гробовщик и говорит такой… Ой, не могу… Говорит: «Дедуля! А мы тебя пять лет уж как закопали!».

За столом грянул здоровый мужской хохот.

— А потом еще вспомнили, что минимум в пяти городах такая же история! – подвывая вбросил Пикси. – Пол королевства уже в этих грибах!

Смеялись все, даже Ариф похрюкивал, пусть и виду не подавал. Потом Руни добавил:

— А он точно нигде по второму или третьему разу не заказывал себе могилку? А то кто-то потом спросит: «Досточтимые господа, а что у нас тут за грибная поляна? И кто такой этот „Ариф“»?

— Идиоты, – резюмировал раскрасневшийся старик.

Смеялись так, что челюсти разболелись. Даже новобранцы смеялись, хотя вряд ли поняли о чем шла речь. Да и ладно, нам не жалко.

Ближе к вечернему колоколу грохнула массивная дверь и хриплый рёв капитана оповестил:

— Встать! Магнус здесь!

Мы вскочили, чуть не опрокинув стол, вытянулись кто где. Появление Фиалки стало для нас неожиданностью, мы не привыкли к визитам высших чинов в свои квартиры. Обычно, командование редко является понюхать солдатские портянки, ежели только с какой-нибудь инспекцией.

Графиня вышла вперед, чтобы ее могли видеть все. Выглядела она непривычно – в простом платье, с подвязанными волосами, и лишь короткий кинжал на поясе говорил о ее воинской принадлежности. В руках девушка держала накрытую тканью корзину.

Становилось все интереснее.

Распаленные алкоголем умы в дальних углах зашушукались, но Мертвец рявкнул так, что в соседнем дворе перестали лаять собаки.

В воцарившейся тишине графиня кивком поблагодарила капитана, обратилась к нам:

— Мои панцири! Сегодня вы одержали чудесную победу, о которой лестно отозвались генералы Форель и Леман! Мне жаль, что я не смогла вместе с вами участвовать в бою, но я видела как вы деретесь! И я поражена вашей отвагой и самоотверженностью!