Книга Демоны и сталь, страница 123 – Денис Бурмистров

Однажды он проснулся и понял, что накопил достаточно сил чтобы осмотреться, понять, где он и что происходит.

Это была крытая телега, заполненная каким-то тряпьем и мешками с чем-то мягким. Она не выглядела новым, одно колесо скрипело при движении, а полог над головой местами прохудился до дыр. Тем не менее в остальном телега была ухоженной, некоторые доски аккуратно заменены и даже обработаны едкой смолой от насекомых.

Мальчик приподнялся на локтях, посмотрел вдоль тела, туда, где колыхались крылья занавеси и было видно часть окружающего мира.

Он увидел мерно покачивающуюся голову лошади, серой, с кожаными шорами на глазах. За ней мелькала шапка возничего, сидящего на козлах идущего за телегой дилижанса. За его плечом поблескивала серебристым наконечником длинная рогатина.

— Очнулся? – раздалось за спиной мужской голос.

Максимилиан поспешно повернулся, извернув шею, выдавил что-то вроде: «Свет вам!».

На человеке был скрывающий его с головой до ног балахон из грубых веревок, переплетающихся во множественные узоры, среди которых угадывались элементы «ловца душ», «лабиринта снов», «ложного странника» и прочих оберегов. Под веревками проглядывали войлочный жилет, худая морщинистая шея и пронзительные глаза, поблескивающие сквозь ворсистую паутину.

— Хорошо, что не сдох, – дернул подбородком мужчина. – С дохляком в город не пустили бы.

— В город? – переспросил Максимилиан.

Ему показалось, что он еле прошептал, настолько голос был слаб, однако его услышали.

— В город – в Ноирант, да хранит Свет его стены. А ты куда хотел? На Пряничные острова?

Мужчина закудахтал, и мальчик не сразу понял, что тот смеется.

— Вот насмешил, – откашлявшись изрек незнакомец. – Тебя звать то как? А то папаша твой не сказал, бережется духов.

У Максимилиана в голове все смешалось, он с трудом понимал что происходит.

Какой папаша? Какие острова?

— Да ладно, помолчи пока, – махнул рукой мужчина. – Вижу, слаб еще. Пить хочешь?

Мальчик кивнул.

— Ща с бурдюка нацежу, – пообещал незнакомец. – А меня Рисом кличут, обращайся.

И добавил, будто прочитав мысли юного Авигниса.

— Ты в караване господина Абади. Завтра к полудню будем в Ноиранте, как твой папаша и хотел.

Он помахал в воздухе серебряной монетой с имперской чеканкой.

— За всё уплочено, мы слово держим.

* * *

Время тянулось бесконечным пейзажем в прорехах полога, а единственным метрономом служил раздражающих скрип старого колеса. Караван двигался без остановок, с профессиональным равнодушием поглощая расстояние, но он с тем же успехом мог двигаться по кругу – взгляд постоянно натыкался на полосатые стены черно-серых скал да пологие холмы, покрытые редкой травой. Иногда мелькал кривой подлесок, от которого несло болотом, но вскоре тощие деревца вновь сменял холодный камень.

Состояние Максимилиана соответствовало, ему нездоровилось и подташнивало, а этот писклявый скрип хотелось вырвать из головы как больной зуб!

Но мальчик пытался себя успокоить, пытался подбодрить мыслями о скором избавлении от проклятого духокамня, который, казалось, уже прожег в спине дыру размером тарелку, что сможет наконец выполнить слово, данное капитану Равсу. Убеждал себя в том, что произошедшее с ним, несмотря на боль и страдания, не самый худший исход, ведь он все еще жив. А значит, его ведет само провидение, его поддерживает Свет Единый, что освещает путь не глазам, но сердцу.